Валькирии благоразумно промолчали – им и так все было ясно. Пойманный за ухо босоногий абориген моментально выдал деревенскую тайну: единственный на все село трактир находился в центре. Это где кузня и чуть левее – мимо лавки скорняка. Далее следовало свернуть направо у кожевенной мастерской. Главное, не заплутать и не забрести в переулок к лесорубам. Они сегодня все перепились и дюже буйные, аж жуть берет.

Плутали недолго. Магия лесного хозяина на открытой местности помочь не могла, но выручил голодный нюх повелителя, безошибочно вывел к воротам двухэтажного домика под красной черепичной крышей.

– Мест ночлег нет, – еще во дворе, принимая лошадей, огорошил их тощий конюх. – Гость незван привалил сегодня утр, весь номер занял. Разве что сеновал спать… Но это хозяин решать, моя невелик человек.

Желудок взвыл протестующей нотой – его ночлег интересовал в последнюю очередь. Отодвинув конюха в сторону, Вовка одним прыжком взлетел на крыльцо. От мощного рывка трактирная дверь жалобно заскрипела. Он дернул сильней. Дверь охнула, но не поддалась. Вовка ухватился за витую скобу двумя руками.

– От себя, повелитель, – шепотом посоветовала из-за спины Инка. – Толкайте от себя.

Копившееся весь день раздражение с радостным воплем вырвалось наружу. Против страшного проникающего удара, ломающего ребра и рвущего в клочья самый прочный пресс, укрепленная железными полосами преграда оказалась бессильна. Толстая подошва ботинка впечаталась точно в середину. С грохотом растворившись, дверь издала предсмертный всхлип и бессильно повисла на одной петле.

– Кодекс запрещает дуэли в поиске… – стоящий в проеме седовласый воин неторопливо вытер кровь с левой брови и спокойно посмотрел на Вовку. – Но на кулачные поединки прямого запрета нет.

– Осторожней, господин! – горячо зашептала сбоку Энея. – Это Призрачные Псы, лучшие бойца Казначея.

Вовка нетерпеливо отмахнулся. Какие, к дьяволу, псы, когда долгожданный обед под угрозой, а зуд в кулаках невозможно унять? Подавшись вперед, он с веселой яростью уточнил:

– Бьемся без оружия?!

– Много чести для тебя, невежа! – сплюнул на порог воин.

Вовка молча дал ему в глаз.

Северный замок, манговый сад,

неназываемый день в год Белого Единорога

– Совет, говоришь? – Лис прикусил кончик веточки, пожевал задумчиво и выплюнул.

– Ага… – радостно поддакнул Ал-Шот. – Это подсказка, если ты не знаешь.

– Подсказка – это план, – возразил Шой Та. – А совет – это другое.

– Другое – это что?

– Да я откуда знаю? – недоуменно воззрился Ал-Шот. – Он тренер, сам должен знать.

– Я сейчас кого-то в бассейн отправлю! – пригрозила Яна.

Кривоносый стражник, с опаской отодвинувшись от фонтана, обиженно буркнул:

– Я че, крокодил, что ли, каждый день купаться?

Лис усмехнулся краешком губ и, задрав голову, поинтересовался:

– Вы, княжна, высоты боитесь?

– Ничуть… – повела плечиком Яна.

– Башня немаленькая, испугаться немудрено, – словно не расслышав ответа, вслух рассуждал узник. – Если вы закатите истерику, что сделают ваши охранники?

– Вниз переведут, в общие камеры, – вмешался Ал-Шот. – Только благородным там несладко приходится, удобств никаких.

Антон согласно кивнул – комфорта в нижнем ярусе Косой башни не наблюдалось даже при ближайшем рассмотрении. Тесная каморка без окон, грубо сколоченная лежанка, глиняный кувшин для умывания и деревянная тарелка под тюремную баланду. Ложки, вилки и ножи не прилагались. Жидкое месиво, словно в издевку именуемое кашей, приходилось черпать корочкой засохшего хлеба. Дважды в день выводили во двор справлять нужду.

Сегодняшнюю прогулку организовали его знакомые стражники. Лейтенант Фес получил от них неотразимые аргументы. Княжна скучает, поговорить ей не с кем, того и гляди сляжет и зачахнет от тоски. Они, конечно, парни не промах – и языки подвешены что надо, и манерам обучены крепко, но ей нужен кто-то из ее круга. Из благородных. Пусть с тренером погуляет, ничего страшного не случится.

– И мне здесь не нравится, надо валить отсюда. Чем скорее, тем лучше. – Антон тоскливо примерился к крепостным стенам.

Высоковато.

Непонятность ситуации раздражала и, чего греха таить, не на шутку пугала. Ясно, что он кому-то перешел дорогу. И этот кто-то принадлежит к сильным мира сего, раз похитили его средь бела дня на глазах охраны дочери всесильного вельможи. Неизвестность всегда страшит, и Антон исключением из правил не являлся. Но страшно было не за себя – за Лесю. От пощечины он очнулся только в тряском экипаже, но боль в затылке все расставила по своим местам.

– Не-а, тренер, тут мы помочь ничем не сможем, – пригорюнился Ал-Шот. – Мы типа здесь в авторитете, но местная стража мзду не берет.