Оглядев территорию кладбища, я увидел, что в самом его центре располагается яркое активное плетение с весьма сложной структурой, а под землёй есть ещё несколько десятков мертвецов, что только начали пробивать себе путь наружу. Я решил начать именно с активного плетения, для чего направился прямо к нему. Уже на подходе я ощутил угрозу и активировал защитный кокон. Магическим зрением было явно видно, как от плетения отпочковалось нечто, напоминающее клубок паутины и направилось прямо ко мне. Достигнув меня, оно попыталось пробить мою защиту, но для этого его энергии явно не хватило, поэтому оно просто бессильно съёжилось у моих ног.

Развеяв его на всякий случай, я подошёл ещё ближе к источнику и стал изучать его структуру. Многое в ней было для меня непонятным, хотя частично я догадался, как оно устроено и даже определил несколько привычных мне блоков, из которых оно состояло. Вот только я не мог не отметить его сложности, что меня очень огорчило. Постояв над ним ещё несколько минут, я запомнил его во всех деталях, чтобы при случае суметь в точности его воспроизвести. На протяжении всего этого времени плетение не переставало периодически меня атаковать теми клубками, которые, как я уже разобрался, были зародышами тех плетений, что обеспечивали мертвецов силой и голодом.

Развеяв его, а затем собрав энергию со всей территории кладбища я деактивировал магическое зрение. На этот раз всё прошло более удачно — кровь из носа не текла, хотя сильное головокружение осталось, но это было скорее последствием предыдущего опыта. Всё равно, я решил, что идти обратно будет выше моих сил, а поэтому просто уселся (или скорее упал) на могилку, где раньше находилось вражеское плетение. Сейчас на его месте был только камень, большой чёрный булыжник, принёсший Городу столько неприятностей.

Опершись на покосившийся плюс с глазом посередине, я размышлял о том, что как ни крути, я показал себя совершеннейшим идиотом, а степняки на этот раз одержали победу. Пусть не полную, но и этого уже было вполне достаточно. Да, я на пару с Мариком сумел обнаружить диверсанта и предотвратить отравление колодца и «свиной грипп», но я не сумел понять, что это был всего лишь отвлекающий манёвр для главной атаки, которая началась с наступлением ночи. Теперь мне, конечно, стали понятны все шероховатости и странности действий диверсанта, которому зачем-то понадобилось устраивать нападение средь бела дня, обходить Город по широкой дуге, минуя кладбище.

Теперь было ясно, почему так магически фонили его вещи, ведь в плетении содержалось большое количество энергии, способное оживить пару сотен трупов. И ведь, что самое главное, моя интуиция всё время меня об этом предупреждала, не давала покоя, сидя занозой в голове, а я всё списывал на неприятный разговор, на переживания по поводу вылазки в степь… Болван! Возомнил себя великим полководцем, а такой элементарной ловушки не смог рассмотреть! И что в итоге? А в итоге Город получил много трупов, и в их смерти мне некого винить, кроме самого себя.

Но и не это самое главное. Важнее всего то, что вся оценка уровня магов степняков летит демонам под хвост. Если раньше я тешил себя надеждой, что они находятся на среднем уровне, то теперь, после того, как я изучил плетение, создающее армию зомби, я уже перестал быть в этом уверенным. Судя по его сложности, я могу допустить, что тот, кто его создал, был не слабее моего учителя, а это значит, что мне с ним тягаться — всё равно, что бежать на танк с кинжалом в руке. Максимум, что я могу оставить — это пару царапин и большое пятно на гусенице.

Печально падать с небес на землю, но такова жизнь. И я даже не смогу утешить себя тем, что обладаю практически неограниченным запасом силы. Как выясняется, мне ещё только предстоит обучаться ею управлять, так что вражеским магам я не смогу ничего противопоставить. Вздохнув, я понял, что теперь война и в самом деле становится безнадёжной для Мардинана. Против такого мастерства я бессилен, а поэтому мне остаётся только отступить, так как погибать героически и бессмысленно я не был намерен. Да, в этом королевстве у меня есть несколько друзей, которые наверняка пострадают после моей капитуляции, но им я ничем не могу помочь. Нужно спасать тех, кого можно, и плюнуть на остальных, хотя это и низко, и подло, и вообще крайне безнравственно. Нужно спасать себя.

А это значит, что мне опять придётся остаться одному, поскольку все, кого я знаю, будут в курсе происходящего. После того, как я позорно отступлю, бросив на произвол все силы королевства, я просто не смогу посмотреть им в глаза. Да, я сволочь, я поступлю так, поскольку банально хочу жить, ведь я знаю, что быть живым трусом гораздо лучше, чем мёртвым героем. Но ещё я знаю, что мне после всего этого будет стыдно за свою трусость, хотя и не настолько, чтобы предпочесть смерть жизни с этим чувством.