…Исходя из этих соображений, всемирно известный ученый профессор Уолтер Вайсман официально объявил о своем намерении продолжить работу в направлении, начатом другим известным ученым профессором Джейкобсом Джонсоном…

…Уолтер Вайсман также добавил, что в скором времени представит заинтересованному в данном вопросе обществу невероятный и совершенно неожиданный результат своих исследований, чем убедит его в бесконечности развития современной науки…"

— О каких результатах идет речь? — спросила Лиз, прочитав статью.

— Боюсь, этого я и сама не знаю.

— Он не рассказывал вам об этом?

— Нет, он предложил мне свои отдельные мысли, по которым я и составила статью…

— И как давно он решил продолжить работу?

— Кажется, около пяти лет назад…

— Сказано смело… Но, все же, меня удивляет, что он так легко сообщил вам об этом и, кроме того, спокойно относится к тому, что об этом скоро узнают многие люди. Не сомневаюсь, что ваша статья вызовет большой интерес, как в научных кругах, так и в обществе в целом. Вайсман, с его своеобразным «теневым» имиджем всегда пользовался огромной популярностью, удивляя всех не слишком частыми, но очень яркими открытиями. Держу пари, здесь что-то очень необычное, иначе он не стал бы так легко давать информацию.

— Он сказал, что это будет интересно, в связи с моей заинтересованностью в разработке доктора Джонсона.

— Ну да, конечно… Это, наверное, интересно

— Я не хотела обидеть вас, доктор Уитни, простите меня.

— Вайсман знал о том, что вы собирались придти на пресс-конференцию моего мужа?

— Да, конечно, после наших с ним неоднократных обсуждений этого дела, я подумала, что он должен знать и об этом обстоятельстве. Как раз после данного разговора я и получила от него материалы, позволившие мне написать статью…

— И она у вас получится великолепной, не сомневайтесь.

— Да, но… Могу ли я включить в статью материалы вчерашней пресс-конференции. Мне бы хотелось включить ваши мысли, так сказать, в противопоставление мнению Уолтера. Думаю, что своеобразный элемент научной оппозиции придаст статье большую насыщенность.

— Если вы стремитесь насытить вашу статью моими мыслями, то, пожалуйста, сделайте акцент на то, что я выступаю категорически против продолжения работы в этом направлении уже только потому, что считаю его опасным. Но не думаю, что стоит слишком распространяться о причинах категоричности моей точки зрения.

— Почему?

— Потому что я почти уверенна в том, что, не смотря на то, что я ничего не знаю о научных достижениях Уолтера, его открытие будет все-таки иметь грандиозный успех в научных кругах. И уж если он считает, что наука не должна стоять на месте и позволяет себе при этом делать такие уверенные и серьезные заявления, то он будет иметь больше единомышленников, чем противников его идей. И мое скромное мнение вряд ли будет иметь какое-либо значение в тот момент, когда он будет принимать лавры из рук самых известных и авторитетных ученых мира, а тысячи несчастных жертв подобных деяний, подобно моему мужу, будут вести жестокую борьбу за возвращение того, что потеряли из-за подобных открытий…

— Мне кажется, что на идеи любого гениального ученого всегда найдутся противники, — ответила Маргарет.

— Сейчас ничего нельзя говорить определенно… Необходимо дождаться более конкретных данных непосредственно от Уолтера. Любые заочные дискуссии сейчас бесполезны, — заключила Лиз и, поблагодарив Маргарет за предоставленную информацию, вышла из кабинета.

Возвращаясь в отель после встречи с Маргарет Уокен, Лиз не переставая, думала о прочитанной статье.

Её поражала смелость его суждений.

"Уолтер-то, оказывается, большой бунтарь…, — подумала Лиз. — Но, ничего… Он, вряд ли этого ожидает, но я, не меньший бунтарь, чем он…"

Войдя в свой номер, Лиз обнаружила, что Уитни с детьми ещё не было. Также никого не было и в номерах её друзей.

Убедившись, что ей никто не мешает, она набрала домашний номер доктора Джонсона.

— Как отдыхаете? — радостно спросил её доктор Джонсон.

— Вряд ли это можно назвать отдыхом…

— Неужели, отдых не удался?

— Слава богу, почти два месяца все было в полном порядке. Но напоследок Европа приготовила нам неожиданный сюрприз… Вы ничего не слышали об Уолтере Вайсмане?

— Если я не ошибаюсь, с ним всё в порядке… Он спокойно трудится в своей загородной лаборатории.

— А вы знаете, над чем он "трудится"? — критично спросила Лиз.

— Наверное, занимается своими обычными зоологическими опытами… Или у вас есть какая-то конкретная информация?

— Уолтер не занимается зоологическими экспериментами. Он продолжает работу, связанную с нашим экспериментом!