— И, потом, — заключил доктор Джонсон, — Речь, ведь, идет об очень маленьком объёме памяти, который легко восстановится.

— А вы оставались бы столь спокойны, если бы речь шла о ком-то из ваших близких, доктор Джонсон? — ответила Лиз.

— Ваши личные чувства могут плохо отразиться на работе, дорогая Лиз, если вы будете продолжать истязать себя подобными мыслями. Я сейчас же готов стать участником эксперимента, но вы и сами понимаете, что быть одновременно и участником и исполнителем невозможно.

— И, тем не менее, мне придётся подумать о моём продолжении работы над экспериментом, доктор Джонсон… Боюсь, что мои личные чувства, действительно могут плохо отразиться на моей работе.

— Вам надо всё спокойно обдумать, Лиз. Я вам мешать не буду… Сегодня вы можете не приступать к работе. Сходите куда-нибудь, посоветуйтесь с кем-нибудь. А затем решите для себя окончательно, но не откладывайте решение в долгий ящик. Мы не сможем продолжать работу в неполном составе.

— Пожалуй, я последую вашему совету насчёт сегодняшнего дня и постараюсь всё основательно обдумать. Но даже если я решу отказаться от продолжения работы, я передам вам материалы всех моих личных исследований и наблюдений.

— Хорошо, Лиз. Вы хорошо всё обдумайте, а обещаю, что приму любое ваше решение!

— Спасибо, доктор Джонсон, — сказала Лиз напоследок и вышла из его кабинета.

Направляясь к своей машине, она думала лишь о том, что из разговора с доктором Джонсоном она так ничего для себя и не прояснила. Что делать, как правильно поступить? Лиз ни в коем случае не хотела обидеть мужа, так как, всё-таки его любила…

Сев в машину, она задумалась на несколько минут, а затем взяла телефон и набрала номер телефона.

— Это ты, Уолтер?

— Да, Лиз! Здравствуй, дорогая! Где ты сейчас?

— Я еду к тебе! Ты сейчас не очень занят?

— Ты же знаешь, что для тебя у меня всегда найдется время, Лиз.

— Хорошо, увидимся…

Уолтер был старым знакомым Лиз, с которым она училась ещё в университете. Его истинное неизменное увлечение наукой сделало его затворником. Он мало появлялся на публике, но тщательно следил за всеми изменениями, происходившими в современной биологии, химии, медицине, психологии… Лиз знала, что именно Уолтер, как никто другой, мог помочь ей во всём разобраться, понять её и дать ценный совет…

Примерно через полчаса она подъезжала к его лаборатории.

Уолтер был не женат, жил один за городом и имел огромную лабораторию. Её созданием и развитием он занимался почти пятнадцать лет. Он очень много занимался частными научными исследованиями, а также вёл определенные секретные разработки для государства. Он не имел одной, чётко очерченной области применения своих знаний и мог одновременно заниматься медицинскими экспериментами и биологическими исследованиями. Но, всё же, у Уолтера Вайсмана была любимая область — зоология. Этой науке он мог отдаваться всецело. И, если по чьей-либо просьбе он занимался медициной или психологией, или другими разделами биологии, то он называл эти исследования «коммерческими». А зоологией Уолтер занимался для себя, как он сам любил говорить, для души.

Порой Лиз, скрывая даже от себя эту мысль, мечтала быть также самостоятельной, как и Уолтер. Где-то в уголке своего большого сердца она хранила слабую и, увы, не сбывшуюся, надежду посвятить себя науке…

Ей стало душно, но, выйдя из машины, она почувствовала, что начинала успокаиваться…

"Уолтер… — думала она, — Именно Уолтер мне поможет…"

Лиз очень хорошо знала внутреннее расположение в лаборатории Уолтера и, пройдя мимо длинных рядов клеток с различными животными, без труда нашла его в химической.

— Значит, сейчас ты занимаешься «коммерческими» исследованиями, дорогой Уолтер?

— С чего ты так решила?

— Ну, если у тебя в руке пробирка и пахнет от тебя химикатами, значит, зоология осталась в стороне!

— И ты сильно ошибаешься, дорогая. Именно сейчас я и занимаюсь своим любимым делом.

— А как насчёт остальных исследований?

— Есть несколько заказов… Ты удивишься, дорогая Лиз, но, похоже, в скором времени я займусь ещё и фармацевтикой!

— Нет, не удивлюсь, я всегда знала, что твой талант безграничен…

— Ну-ка, ну-ка, узнаю это выражение лица! У тебя опять проблемы…

— Неужели ты ничего не слышал о вчерашнем происшествии, Уолтер?

— О вчерашнем? Дай-ка вспомнить… Кажется, вчера наша футбольная сборная с шумом проиграла матч?

— Перестань шутить, Уолтер, я не верю, что ты не следил за нашими исследованиями!

— Что-то связанное с пересадкой мозгов? — буркнул Уолтер и, посмотрев на злобное лицо Лиз, криво улыбнулся. — Ладно, ладно, сдаюсь! Я был на вашей презентации… Довольна?