Но, не поверила своим ощущениям, прогоняя страх.

А зря, Макс не собирался разочаровывать предчувствий сестры. Определенно, не собирался...

***

В темных окнах дома не было света, и это удивило Сирину. Родители только вчера вернулись в город, и должны были находиться именно здесь. Насколько девушке было известно, они никуда не собирались уезжать вечером.

И то, странное зарево, багрового цвета, которым переливалось стекло... Что это могло быть? Рина пребывала в растерянности, подходя в двери своего дома с подругой.

Мэри о чем-то весело болтала, только Сирина не слышала ее слов. Что-то настораживало девушку, рождая неясную и тревожную дрожь в душе. Она не могла бы объяснить, что именно это было, но, что-то было не так. Рядом была беда. Казалось, сам воздух пропахся тревогой...

Хотя,... девушка глубоко вдохнула, словно пробуя на вкус воздух зимнего вечера, вот-вот готового сорваться снегом. В пространстве висел какой-то тяжелый, и неизвестный Рине аромат. И он... вызывал отвращение и страх.

Господи! Неужели Мэри не ощущает всего этого?! Как она может так беспечно говорить, когда все тело Сирины сотрясалось дрожью?

Но Мэри не замечала состояние подруги, продолжая рассказывать, как накануне, целовалась с Джимом. Она не замечала ничего вокруг, полностью погруженная в свои приятные воспоминания, не видя, как дрожит рука Сирины, протянутая к незамкнутой двери.

Все было не так. Сирина явно видела это.

Ее родители всегда запирали дверь, даже когда, кто-то выходил на пять минут. Не так уж сложно повернуть ключ, говорили они. Даже, порою, включали сигнализацию, лишь ненадолго выходя.

В этом не было ничего удивительного, если принять во внимание тот факт, что дом, практически, был нафарширован раритетами и коллекционными вещами, которые чета Уелшей привозила из своих путешествий по всему миру.

А тут - дверь слегка покачивало сквозняком. И... странные, не очень легко идентифицируемые в наступающем сумраке вечера, пятна на светло-бежевом полотне входной двери...

Откуда они? Что это такое?

Осторожно толкнув чуть поскрипывающую дверь, девушка ступила в полумрак холла, вслепую нащупывая выключатель на стене, и отступила, пропуская Мэри.

Войдя в дом, затихла и подруга, начав неуверенно и настороженно осматривать по сторонам. Атмосфера в помещение вырвала и ее из мечтаний, в которых плавала молодая леди. Воздух был тяжелым. Пропитанным ароматом каких-то трав, он пах воском, хоть Сирине было абсолютно невдомек, с чего бы родители разжигали свечи, и... чем-то еще..., чем-то, отвратительно, пугающе знакомым, имеющим солоновато-металлический вкус...

– Мам? Пап?
– Рина бросила так и не использованные ключи на тумбу, уже почти понимая, что никто не ответ на ее крик.

Отчего-то, у нее было странное ощущение - она знала, где надо искать...

Девушка, не осознавая того, что делает, стремительно направилась в малую гостиную, окна которой и выходили на двор, привлекая ее внимание, мерцая багровым пламенем.

Сирина слышала, как Мэри, испуганно вздрагивая, и чертыхаясь. Спешит за ней, по неосвещенному дому.

– Что происходит, Рина? И что это за запах?
– Голос подруги дрожал, очевидно, она просто пыталась придать себе храбрости, заполняя эту, звенящую тишину, звуком их голосов. Вот только, у Сирины не было силы разжать губы, и ответить.

Она толкнула прикрытую, замаранную такими же пятнами дверь, и замерла на пороге, ощущая, как воздух, мелкими толчками выходит из нее, не имея возможности сделать вдох. Не после того, что ей довелось увидеть, не сейчас...

Хотелось кричать... только и для этого, не было ни сил, ни голоса. Зато, сзади закричала Мэри, и Сирина вторила ей, только мысленно, заходясь в беззвучном крике.

Подруга убежала во двор, и Сирина слышала, как ту вырвало... Наверное, это было нормальной реакцией организма. Вот только, она не могла и так.

Девушка просто продолжала стоять на пороге гостиной, рассматривая комнату. Которая стала воплощением фильма ужаса в этот вечер.

Два тела лежали в разных углах комнаты. Девушка в достаточной мере была знакома с историей религий, чтобы понять, что эти тела - использовали вместо алтаря...

Она не могла думать об этих ... искореженных трупах, как о своих родителях. Не могла, и не хотела.

О, нет, это были не они.

Ее родители были полными жизни и оптимизма, они лучились энергией... Они не могли лежать тут...

Тела были обнажены, но сложно было заметить это.

Казалось, что странные, повторяющие малейший изгиб этих тел, комбинезоны, надеты на поверх кожи. Сплошь покрыты символами и странными узорами... алого, цвета спекшейся крови, цвета...

На груди у обоих трупов, над тем местом, где при жизни билось сердце, щерился ровными краями, проступая белесоватым блеском ребер, странный символ. Сирина никогда не видела такой...

Она так и стояла в дверях, пока Мэри пыталась растормошить ее, пока подруга металась с криками, созывая соседей, звоня в полицию. Рина не смогла сдвинуться с места, когда приехали следователи, а медики забрали трупы.