В глазах Тейлора заиграли злобные озорные искорки. Он вынул газетную вырезку и положил рядом с Франклином.

– Ты видел рецензию на прошлый концерт?

Фракнлин промолчал, стараясь сохранить невозмутимое выражение под неотступным ироничным взглядом Тейлора, и стал читать вырезку:

ПЕРЕБОРЩИЛИ С МЯТНЫМ СОУСОМ,

МИССИС ДЖОЙНЕР

Катрин Джойнер

«Сити-холл», Ньюкасл-на-Тайне

Вокальная техника вибрато – метод противоречивый, если не сказать больше. Часто это последнее оружие не вполне добросовестного артиста, поистрепавшегося певца, чей голос потерял былой диапазон. В случае Катрин Джойнер чрезвычайно грустно, а иногда просто больно наблюдать публичное унижение талантливой певицы, которая в своё время могла вызывать разные суждения, однако безоговорочно была выдающимся явлением в поп-музыке.

Теперь, когда голос Джойнер бывает слышно, каждая песня звучит так, будто её блеет жертвенная овечка, часто прибегающая к жалким трелям, сталкиваясь с самыми незначительными мелодическими сложностями. Складывается впечатление, будто наша Кэт просто разучилась петь. Подвыпившая, средних лет публика в припадке ностальгии была готова к сопереживанию, прояви исполнитель хоть немного сценического обаяния, но Джойнер, как и её голос, витала в облаках. Общение с публикой на нуле, чему лучшее подтверждение – её упорное нежелание испольнить нам «Наятоящую любовь», её главный хит по обе стороны океана. Долетавшие из зала просьбы певица старательно игнорировала.

В конце концов, это ни йоту не изменило общего впечатления. Так же по-овечьи Джойнер исполнила хиты «Я знаю, ты используешь меня» и «Оставь свою любовь». Нездорово худая Катрин сегодня источает тот сексапил, что делает Энн Уидкомби похожей на Бритни Спирс. Признаться, весь концерт пропах мятным соусом, и нам остаётся только молиться, чтобы музыки ради эта представленная ягнёнком овца поскорей попала в лапы каннибала Лектера.

Франклин с трудом сдерживал злость. Артисту нужна поддержка, а её осмеивают и списывают со счетов собственная компания.

– Заставь её, Франклин, – улыбнулся Тейлор, поднося ко рту вилку с жирной курицей, – просто заставь её поесть. Пусть она снова станет сильной.

Боль во рту уже затихала, зато возмущение продолжало расти.

– А ты что думаешь, я не пробовал? Я испробовал всех известных человечеству врачей, клиники, специальные диеты… каждый день я заказываю ей клубные сэндвичи в номер!

Тейлор поднёс ко рту бокал красного вина.

– Ей хорошая ебля не повредит, – задумчиво проговорил он, заговорщически поглядывая на Франклина, который только сейчас понял, что директор звукозаписывающей компании уже немного навеселе.

– Мятный соус, а? Неплохо сказано!

Я знаю, ты используешь меня

Джус Терри не любил высоты. Он под такую работу не заточен. Мыть окна – пожалуйста, но забираться на такую верхотуру – это просто не для него. Как же он оказался на подвесной платформе, где город как на ладони, и моет окна отеля «Балморал»? Какого хуя он позволил этому старому синяку Алеку Почте вписать его в это шоу, было вне пределов его понимания. Алек сказал, что им заплатят сразу и наличными, потому что Норри Макфейл попал в больницу и ему собираются делать операцию на плече. Норри не хотел потерять выгодный контракт с гостиницей, поэтому доверил Алеку завершить начатую работу.

– Ебанический видок отсюда, скажи, Терри, – прокашлял Алек, охаркнул комок мокроты и сплюнул.

Несмотря на приличную высоту и шум машин, Алеку показалось, что он расслышал, как харчок расплескался по асфальту.

– Ну кртуо, – ответил Терри, стараясь не смотреть вниз на Принцесс-стрит.

Можно просто перелезть через перила – и привет. Делов-то. Даже слишком просто. Удивительно ещё, чего не так много народу прыгает. С бодуна и того легче. Долю секунды почувствуешь тшетность всего, и ты уже там. Слишком большой соблазн. Интересно узнать бы, какой процент самоубийств среди высотных мойщиков окон. В голове Терри всплыла картина из прошлого, и его замутило. Он схватился за перила, потные руки онемели на металле. Он сделал глубокий вдох.

– Да, не каждый день такой вид открывается, – восхищался Алек, смотря на замок сверху.

Из внутреннего кармана комбинезона он вытащил полбутылки виски «Феймос граус». Открутив крышку, сделал мощнейший глоток. Он дважды подумал, прежде чем нехотя протяунл бутылку Терри, и обрадовался, когда Терри её отклонил. Чувствуя, как алкоголь приятно обжигает его внутренности, он взглянул на Терри, чья кудрявая копна развевалась на ветру. Зря он привлёк сюда этого бездельника и ворюгу, решил Алек. Он-то думал – за компанию, но Терри всё больше помалкивал, что на Терри было абсолютно не похоже.

– Вид охуительный, – повторил Алек, слегка споткнувшись, отчего закачалась вся платформа, – прямо жизни не нарадуешься.

Терри постарался взять себя в руки, чувствуя, как кровь застывает в жилах. Особо долго жизни не порадуешься с таким-то мудаком, на такой-то верхотуре, подумал Терри.

– Да, Алек, это точно. А когда обед? Я с голоду, пиздец, помираю.

– Ты ж только что в кафе позавтракал, жирная тварь загребущая, – ухмыльнулся Алек.

– Да когда это было, – ответил Терри. Он осматривал спальню, находящуюся по другую сторону окна, которое он мыл. Моложавая женщина села на кровать.