– Возможно, – ответила Тесса. – Но это было вовсе не очевидно. Структура облигаций ИГЛОО дьявольски сложна, и я уверена, что ни один из членов группы в нее не вникал. Мне, однако, было любопытно, и я проделала свой расчет, как говорят, на обрывке газеты. У меня получилось тридцать пунктов. Расчеты были непростые, и я могла ошибиться. Так что тридцать пунктов – всего лишь оценка. Но я не сомневаюсь, что цифра была значительно больше, чем те полтора процента, которые Перумаль запихнул в систему.

– А сам Карр-Джонс мог сделать перерасчет?

– О да, – кивнула Тесса.

– Не мог ли он приказать Перумалю вставить эти цифры?

– Мне это неизвестно, – немного подумав, ответила Тесса. – Может быть, он так и сделал. Но скорее всего он заметил это несоответствие позже и, заметив, не захотел задавать вопросы. Такое поведение для него более типично.

– А как ты думаешь, не могла ли узнать об этом Джен?

– Не знаю, каким образом… – задумчиво произнесла Тесса. – Она ушла из группы до того, как мы приступили к этой операции. Если, конечно…

– Если, конечно, – что?

– Если ей не сказал об этом Перумаль.

– Но с какой стати он мог это сделать?

– Не знаю. За пару дней до гибели Джен я услышала нечто очень странное. Час был поздний, и торговый зал был почти пуст. Перумаль, сидя за своим столом, говорил с кем-то по мобильнику. Он был возбужден. Настолько возбужден, что не заметил, как я прохожу мимо него. Я слышала, как он сказал: «Джен, умоляю, не делай этого. Я очень сожалею, что сказал это тебе». Затем, увидев меня, он выключил телефон, не закончив разговора.

– Чего, по твоему мнению, он умолял ее не делать?

– Как ты понимаешь, в то время меня снедало любопытство. После того, как несколько дней спустя Джен прыгнула из окна, я решила, что он умолял ее не делать этого. Или просил отозвать иск. Но и то и другое уже тогда казалось мне странным. Почему он вообще стал с ней говорить? Перумаль и Джен были достаточно дружны в рабочее время, но особой близости между ними не было. Не могу представить, что Перумаль был тем человеком, к которому обратилась бы Джен, замышляя самоубийство. А фраза «Я очень сожалею, что сказал это тебе» вообще не имела смысла.

– До данного момента, – произнес Кальдер. – Если Джен каким-то образом вынудила Перумаля признаться в его калькуляции и решила использовать эту информацию против Карр-Джонса, то Перумаля ожидали неприятности, и очень серьезные. Опасаясь страшных для себя последствий, он запаниковал и стал пытаться уговорить ее забыть все то, что он ей сказал.

– Это было так же опасно и для Джастина. Как ты заметил, откройся все – и ему пришел бы конец.

– Может быть, Джен требовала, чтобы он согласился с ее иском?

– Если она так поступила, то это была большая глупость, – сказала Тесса.

– Потому-то теперь она мертва?

– Именно.

Официант спросил, не желают ли они повторить, но Кальдер не слышал вопроса. Его мозг работал в бешеном ритме.

– Перумаль, естественно, смог уловить связь, – сказал он. – Именно поэтому смерть Джен вызвала у него подозрения.

– И поэтому он отправился к тебе.

– Но почему он ждал целый год? И почему его убили сейчас?

– Возможно, потому, что он сейчас решил обратиться в полицию в связи со своими подозрениями, – высказала предположение Тесса.

– Или попытался шантажировать самого Карр-Джонса.

Неудивительно, что Перумаль, по словам его жены, сильно нервничал. Но почему он ничего не сказал, когда приезжал в Норфолк? Глупец. Если бы он это сделал, то мог остаться в живых.

– Боже, – передернув плечами, сказала Тесса. – Как же я рада, что ушла оттуда!

– Ты слышала когда-нибудь о Михайло Бодинчуке? – спросил Кальдер. – Или о семействе Зеллер-Монтанез?

– Нет. А я должна была о них слышать?

– Это инвесторы фонда «Тетон». Они могут быть нечисты на руку.

– Ничего о них не знаю, – покачала головой Тесса и, нахмурившись, продолжила: – Может быть, твое воображение разыгралось не так сильно, как я предполагала. И это меня беспокоит.

– Так и должно быть. Карр-Джонс, убив двоих, вышел сухим из воды.

– Да… И что же ты намерен предпринять?

– Обращусь в полицию. Или в УФУ. [8]

– О… – протянула Тесса, поерзав на стуле.

– Ты ведь согласишься с ними поговорить?

– Не уверена, Зеро.

– Но почему нет? – Подняв на нее взгляд, Кальдер сразу понял причину отказа. В ее глазах он увидел страх. – Перестань, Тесса. Ты просто обязана с ними встретиться.