Сегодня настроение у Титкомба было отвратительное. В газеты просочились сведения об урезывании бюджета из-за экономического спада. Значит, любые увеличения заработной платы гражданским службам будут приостановлены, чтобы снизить уровень инфляции.

Титкомб проверял каждый документ, слово за словом, требуя открывать контейнеры и смеясь над возражениями коллеги. Было уже четыре часа дня. Обычно к этому времени оставалось тридцать–сорок контейнеров. Теперь же было проверено всего три. Образовалась огромная пробка из контейнеровозов длиной в милю, и на каждом – разъяренный водитель.

– Мы должны пропустить дюжину, Дуг, – произнес Билл со своим характерным ланкаширским акцентом. – Это несправедливо.

Но непреклонный Титкомб в очередной раз наклонился к микрофону:

– Контейнер номер 54687391. Я хочу его осмотреть.

И в этот момент зазвонил телефон. Титкомб, не обращая на него внимания, занялся следующей пачкой документов. Его внимание привлекла опись в корабельной декларации на груз. Теперь он ждал, когда дойдет черед до этого комплекта документов. В счете на погрузку значилось: «Человеческие останки для медицинских исследований». Раздраженный, что нужно отвлекаться, он поднял трубку и рявкнул:

– Титкомб.

– О, мистер Титкомб! Добрый день, это Моррис Форсей из «Уолис-Метсалор». Как поживаете?

Титкомб промычал что-то нечленораздельное. Моррис Форсей – старый нытик, работавший на посреднической фирме по очистке грузов. Друзья разговаривали два-три раза в неделю, обычно если у Форсея появлялся покупатель, желающий поскорее получить свой груз. Титкомб мог пропустить его через таможню буквально в течение десяти минут или затянуть процесс на неделю. Скорость, с которой он оказывал эти услуги Форсею и другим посредникам, зависела исключительно от настроения таможенника. Форсей выбрал неблагоприятный день.

– Я делаю вывод, что предстоит… небольшая задержка, – со всей осторожностью человека, протягивающего печенье ротвейлеру, осмелился начать Форсей. – Снова компьютер вышел из строя?

– С компьютером все в порядке.

– Ха… отлично. Ха… я только проверяю кое-что для моего клиента, но… ха… вы им уже, вероятно, занимаетесь, я полагаю. Ха. Контейнер номер 54687391… просто интересуюсь. Ха… он уже погружен?

Титкомб заглянул в лежащие перед ним документы:

– Надо же, какое совпадение, мистер Форсей. Как раз просматриваю именно эти документы.

– Как это любезно с вашей стороны! Премного благодарен за все, что вы сможете сделать.

Сквозь окно Титкомб наблюдал за погрузкой контейнера в грузовик.

– Здесь ничего не сказано о срочности.

Послышалось покашливание.

– Ха… его сопровождает… ха… инженер.

– Здесь сказано: «Человеческие останки для медицинских исследований».

– Да… ха… все равно. Должны храниться при определенной температуре.

– Как и половина всех поступающих к нам грузов, мистер Форсей.

– Есть небольшая разница, мистер Титкомб. Груз должен храниться при постоянной температуре минус 140 градусов, поэтому контейнер шел морем, а не по воздуху. Полагаю, на большой высоте возникают технические сложности для стабилизации температуры.

– Буду иметь это в виду. – Титкомб уже клал трубку, но его остановил панический голос Морриса Форсея:

– О, э, ха! Мистер Титкомб, есть еще одна проблема. Инженер должен все время находиться при грузе, на случай… ха!.. технических проблем.

– У нас достаточно опыта в работе с рефрижераторами, мистер Форсей. Каждый год через нас проходит двести тысяч штук. Мы подключаем их здесь, и у нас есть свои собственные инженеры на случай неисправностей.

– Ну, безусловно, мистер Титкомб, я понимаю. Только оборудование этого особого груза… ха!.. довольно специфическое.

– Не вижу никаких упоминаний об этом в декларации, – заметил Титкомб. – Нет смысла держать здесь специалиста по холодильному оборудованию. Это ни к чему.

Агент по очистке грузов на момент заколебался.

– Я… ха! Мне придется забежать к вам, чтобы объяснить, мистер Титкомб.

– Хорошо, так-то лучше, – сказал Титкомб. Повесив трубку, он рьяно принялся за документы.

На следующее утро, незадолго до полудня, после нескольких взволнованных звонков Морриса Форсея, Титкомб спустился в пронизывающе-холодный инспекционный отсек под навесом, где стоял, подключенный к электропитанию, беспокоивший Форсея груз. Это был стандартный контейнер из темно-голубого армированного стекловолокна с надписью на боку: «Постоянно поддерживать –140 °C». Снаружи имелась панель с термометрами и другими приборами, аварийные огни, контрольные датчики и несколько планок с рядами отверстий для охлаждения.