Нейроконтейнер представлял собой трехфутовой высоты герметичный цилиндр, сделанный по принципу термоса. Джо всегда считал, что его вид недостаточно продуман и напоминает педальный бак для мусора.

– Не думаю, что коронер будет нами доволен, – предположил Макалистер, с помощью Блейка опуская голову Джулиет в мягкое нутро контейнера.

Блейк взглянул на Джо, оба молчали.

Врач продолжал:

– Он же разрешил оставить здесь тело только для размораживания. Когда он обнаружит обезглавленный торс и замороженную голову, он разнесет крышу.

– Это даст нам время, Мюррей, – сказал Блейк, снова взглянув на Джо. Они оба знали, что когда коронер откроет контейнер, то он разнесет не только крышу. Но об этой части плана они ничего не рассказали Макалистеру.

– Да, – обеспокоенно изрек врач. – Мы рискуем нашими добрыми отношениями с властями.

– На этот риск мы должны пойти, – заметил Блейк.

– Я тоже рискую, – напомнил ему Макалистер сурово. – Меня могут попереть за эти дела.

И пока Джо в полном замешательстве плотно закручивал крышку, Блейк сходил за баллоном с жидким азотом и присоединил наконечник к клапану сбоку нейроконтейнера. Странное прощание, подумал Джо.

– Готов, – объявил Макалистер, спустил маску и содрал с рук перчатки. – Кто будет здесь завтра общаться со следователем?

– Я, – ответил Блейк.

В присоединенном к контейнеру наконечнике засвистело, и вокруг него образовалось облачко холодного пара. Блейк сосредоточенно наполнял контейнер с вмонтированным аварийным температурным сигналом. Джо проводил Макалистера до машины и поблагодарил его.

На улице было очень темно, шел дождь, привычно пахло керосином. Сзади слышался рев моторов садящегося в Гатуике самолета. В небе все увеличивались мигающие огоньки еще одного. Шотландия. Джо хотел быть сейчас там.

Из багажника своего автомобиля он достал большой полиэтиленовый пакет с ручками и поспешил назад. В операционной он поставил пакет на пол. Без десяти минут семь, скоро появится ночной охранник. Джо не хотел, чтобы Сполдинг видел, чем они тут занимаются.

Блейк помог коллеге вынести контейнер с головой Джулиет Спринг на улицу. Джо открыл багажник своей машины и заглянул внутрь. Так и есть, багажник недостаточно глубок.

– Блейк, я думаю, его можно положить на бок.

Блейк покачал головой:

– Будет перекатываться по багажнику. Ты же знаешь, какой крупной она становится при температуре близкой к температуре жидкого азота. А это наступит где-то через полчаса. Достаточно одного толчка – и она треснет. Лучше поставь в салон.

Они воткнули дьюэр между задним и передним сиденьями со стороны пассажира, отодвинув его, а в багажник положили запасной баллон с жидким азотом.

Вернувшись в операционную еще раз, Джо открыл полиэтиленовый пакет и достал оттуда дешевый рыжий парик и треснувшую гипсовую голову, которую он стащил в университетском драматическом кружке. Блейк тем временем пошел в складское помещение за запасным нейроконтейнером. Джо нацепил на гипсовую голову парик, частично скрывавший лицо, затем в несколько слоев упаковал это все в пленку, так что остались видны только общие контуры человеческой головы и лица.

Блейк какое-то время наблюдал за его работой, потом произнес:

– Не падай духом.

– Конечно нет, – улыбнулся ему Джо. Опуская в жестяную коробку чучело, он добавил: – Никогда в жизни не чувствовал себя лучше.

– Ты был влюблен в нее, верно?

Джо закручивал крышку, и вопрос застал его врасплох.

– Только в ее разум, Блейк, – ответил он слишком быстро. – Я был влюблен в ее разум. Она понимала, для чего мы работаем. Она была одной из нас.

– Она и сейчас одна из нас.

Дорога от «Крионита» домой была перегружена, и Джо вел машину с особой осторожностью, помня о хрупкости своего груза. Он замерз, но обогрев не включал из-за Джулиет. Стеклоочистители размазывали по стеклу капли нескончаемого дождя, в свете горящих фонарей они мерцали, как стеклышки калейдоскопа.

Въехав наконец на освещенную фонарем дорожку к дому, Джо поставил машину так, чтобы сторону с контейнером не было видно с улицы. Мюриел Аркрайт одержимость чистотой сочетала с обязанностями местного наблюдателя-координатора, ничто не ускользало от ее взгляда.

Медленно и осторожно, сгорбившись под тяжестью, Джо пронес контейнер через кухню вниз, в погреб, и поставил его на кирпичный пол рядом с морозильником. Давление в контейнере было нормальное: оба термометра показывали минус 154°. Блейк оказался прав, температура падала быстро.

Он принес из машины баллон с жидким азотом, поставил его у стены и перевел дыхание. В свете слабой пыльной лампочки алюминиевая обшивка нейроконтейнера мрачно поблескивала. Джо робко тронул крышку.

– Прости меня, Джулиет, – тихо произнесен, будто боясь быть услышанным. – Прости, что не смог сделать для тебя больше. Но теперь все будет хорошо. Схватка у нас в понедельник, и если мы не победим, то обратимся в Суд лордов. Если и они нас отвергнут, мы дойдем до Европейского суда Комитета по правам человека. О'кей?