— Боярин Василий, извините, что прерываю ваш сон, но к вам гости.

— Гости? — нехотя поднялся с кровати Василий. — Какие гости?

«Все, это ловушка, — промелькнуло в голове сыщика, — узнали, что я здесь, дождались, когда нет хозяина…»

— Прикажете просить? — прервала горничная его размышления.

— Да, — коротко ответил Василий, мысленно примериваясь к громадному канделябру, которым готов был встретить любого, кто покусится на его жизнь.

Горничная исчезла, и тут же в комнату ввалился Кузька. Вид у него был немного встрепанный, но в то же время отчаянно-победительный.

— Значит, все-таки случилось что-то особенное? — констатировал Дубов, внимательно оглядев домового.

— И ты еще спрашиваешь! — топнул ножкой Кузька. — Там такое, что просто жуть! Эх-ма, семь веков на свете живу, а такое…

— Ну и какое же? — не утерпел Василий. — Говори, не томи душу!

— А ты меня не торопи, — насупился Кузька, — дай спервоначалу отдышаться. А тут еще эти собаки чертовы совсем оглушили, хорошо еще не загрызли!.. Ну вот, — приступил Кузька к повествованию, — пришел это я на ихнее свидание, ну, то есть, господина Беовульфа и той бабенки. Залег в траве и наблюдаю, как они там любезничают. И вдруг чувствую — что-то не так. А ее слуга, он присел на травку на полянке и как будто даже задремал…

— Ну и что же здесь «не так»? — удивился Василий. — Почему бы слуге и не подремать, пока хозяйка на свидании?

— То и не так, что никакой он не слуга, а самый настоящий колдун и ворожей!

— С чего ты это взял?

— Ну, я же и сам маленько ворожить умею, а уж распознать, где дело нечисто — так это мне и вовсе пустяки! В общем, чую я, как этот слуга посылает Беовульфу свои «установки» — мол, люба тебе эта девица, красива она, будто роза лесная, и всякое такое. Тоже мне роза лесная, — фыркнул Кузька, лахудра она белобрысая!

— Ну а дальше что? — поторопил Дубов.

— А что дальше — ну, я решил, что пришла моя пора. Нет, я конечно, не могу с ним в ворожбе состязаться, но я находился ближе к тем двоим, и начал свои собственные «установки» посылать — дескать, посмотри ты на нее, никакая она не роза, и не люба она тебе, и все прочее. Вижу — стоит мой Беовульф в диком сомнении и глядит на свою бабенку, не может понять, любит ее али нет. Та почуяла, что дело дрянь, да и бросилась ему на шею. А он оттолкнул ее и пошел прочь. Тут уж и слуга ейный тоже унюхал, что кто-то ему мешает, и едва Беовульф ушел, то как закричит: «Опять нам на хвост наступили, туды его растак да разэдак…»

— На хвост? — недоверчиво переспросил Дубов.

— Ну да, — подтвердил Кузька, — на этот, как его… эргетический.

— Энергетический, может быть?

— Ну да, наверно. Они вдвоем бросились лужайку обыскивать, а я, не будь дурак, поскорее сюда побежал. A та девка еще своему колдуну сказала: «После обеда у меня свиданка с Гренделем, если и тогда сорвется — нам несдобровать».

— Несдобровать, — задумчиво повторил Василий. — Стало быть, они действуют не сами по себе, а… Ну, это неважно. А где свидание, ты не в курсе?

— Должно быть, как и вчера, — подумав, ответил Кузька. — Там такое местечко есть, на краю болота, как раз посередке между Гренделевой хибаркой и избенкой, где живет эта девица со своим колдуном.

— А откуда ты знаешь?

— Так мне же кикиморы сказывали. Избенка несколько годков стояла пустая, а они там всего пару недель как живут. И едва поселились, как тут же эта девка начала их обоих к себе привораживать!

Тут в коридоре раздался шум, и в опочивальню ввалился собственной персоной доблестный рыцарь Беовульф. Вид у него был далеко не столь самоуверенный, как обычно.

— Ни черта не могу понять, боярин Василий, — прямо с порога заявил он. О, я вижу, у вас гости! Что это за мелюзга такая?

— Чего??! — вскинулся Кузька.

— Между прочим, именно благодаря Кузьке… то есть Кузьме Иванычу я вчера остался жив, — поспешно сказал Василий. — И именно он помог рассеять чары, которыми вас опутали эти аферисты.

— Кто-кто? — не понял Беовульф.

— Ваша возлюбленная Прекрасная Дама и ее слуга со своими «установками».

— Что-то я ничего не понял, — поморщился хозяин, — объясните мне попроще, без этих заумствий.

— Попроще? — задумался Дубов. — Ну ладно. Вы давеча сказывали, что подарили своей возлюбленной золотое колечко, так? А вы не заметили, было оно сегодня на ней, или нет?

— Не было, в природе, — тут же ответил Беовульф. — Точно, не было!

— Эта дама и ее слуга просто манипулируют… то есть крутят вами в своих целях, которые мне пока что не очень ясны, — веско продолжал Василий, — и наша с вами задача…

— Чего?!!! — взревел Беовульф и даже рванул на себе цепь. — Чтобы я, Беовульф, доблестный рыцарь и верный подданный достославного короля Александра, позволил собою крутить?! В порошок сотру, честное благородное слово!.. Постойте, — с подозрением поглядел он на Дубова, — а может, это вы мною крутите? Настраиваете меня против нее с какими-то своими целями? Берегитесь, боярин Василий, ежели это так, то не погляжу что вы мой гость…