Потом они подошли к Тэду, который лежал на траве так же безучастно, и накрыли его простыней. Увидев это, Донна рванулась, высвободила одну руку и начала бешено бить ею вокруг себя.

— Донна, — сказал Вик, вставая на ноги. — Донна, дорогая, уже все. Поехали, поехали отсюда.

Она, не слыша, вырвалась и побежала не к сыну, а туда, где лежала сломанная бита. Она подняла ее и опять принялась колотить в труп собаки. Мухи взвились вверх зеленоватым облачком. Звук биты, бьющейся о тело, был жутким, как звуки рубки мяса. Тело Куджо при каждом ударе слегка подпрыгивало.

Полицейские пошли вперед.

— Не надо, — тихо сказал санитар, и скоро Донна просто уснула. Бита Бретта Кэмбера выпала у нее из рук.

«Скорая» уехала минут через пять, завывая сиреной. Вику тоже предложили сделать укол — «для успокоения нервов, мистер Трентон», — и он согласился, хотя и без того был спокоен. На упаковке шприца он прочитал название фирмы «Апджон».

— Мы делали им рекламу, — сообщил он санитару.

— Да? — с опаской спросил тот. Он был совсем еще молод и боялся, что его вот-вот стошнит. Он никогда еще не видел такого.

Одна из полицейских машин ждала Вика, чтобы отвезти его в больницу.

— Подождите минутку, — попросил он.

Полицейские кивнули. Они тоже смотрели на Вика Трентона с опаской, будто ожидая подвоха.

Он открыл обе дверцы «пинто». Пес порядочно поработал здесь. Он нашел рубашку Донны. Сумочку. Обертки от «Слим Джим» на полу и термос Тэда, воняющий прокисшим молоком. Корзинка для ланча. При виде каждой вещи его сердце прыгало в груди, и он старался не думать о будущем — если еще могло быть какое-то будущее. Потом он нашел тапочек Тэда.

«Тэдди, — подумал он. — Как же ты?»

Ноги его подкосились, и он тяжело опустился на сиденье. Ну почему? Почему все это случилось? Как совпало столько невероятных случайностей?

Внезапно голова его началась трястись. По щекам покатились слезы, и он стер их рукой. Ведь, кроме Тэда, Куджо убил еще троих. Были ли у того полицейского, которого он накрыл покрывалом, жена и дети?

Наверное.

«Если бы я приехал раньше. Если бы я не спал».

«Я ведь был уверен, что это Кемп! Уверен! Если бы я приехал на пятнадцать минут раньше. Если бы я не болтал так долго с Роджером. Что мне теперь делать? Как жить дальше и не сойти с ума? Что будет с Донной?»

Приехала еще одна полицейская машина. Вышедший из нее человек в форме, что-то сказал полицейским, которые ждали Вика. Один из них подошел к нему.

— Мистер Трентон, я думаю, нам пора. Квентин сказал, что сюда едут репортеры. Вряд ли вы захотите сейчас видеть их.

— Да, — сказал Вик, поднимаясь с места. В этот миг он заметил что-то желтое на сидении Тэда. Листок бумаги. Он развернул его и увидел Слова от Монстров, которые сам сочинил, чтобы успокоить Тэда. Листок был смят и пропитался потом; слова читались с трудом.

Дальше читать он не мог. Его душили слезы. Он скомкал листок и бросил его в сторону мертвого пса. Сентиментальная ложь, фальшивая, как клубничный оттенок этой проклятой каши. Все ложь. Мир полон монстров, и они всегда, в любую минуту, могут наброситься на безвинных и беспомощных.

Он позволил усадить себя в машину. Его увезли, как до того увезли Джорджа Баннермэна, Тэда Трентона и Донну Трентон. Через некоторое время на грузовике приехала ветеринарша. Она взглянула на мертвого пса, натянула длинные резиновые перчатки и ловко отпилила голову собаки небольшой циркулярной пилой. Полицейские отвернулись.

Голову она сунула в белый пластиковый мешок. Позже ее отвезли для исследования в Государственную инспекцию.

Так не стало Куджо.

Без четверти четыре того же дня Холли позвала Черити к телефону. Она выглядела очень встревоженной.

— Кажется это какой-то начальник, — сказала она. Полчаса назад Бретт повел своего малолетнего кузена в парк, слушая по дороге его бесконечную болтовню.

Поэтому в доме было тихо, слышались только голоса двух женщин, вспоминающих доброе старое время. Время, когда их отец возил сено в своей широкополой шляпе (однако они не вспоминали, как он нещадно лупил их за каждую провинность, действительную или мнимую); когда они бегали в кино в Лисбон смотреть молодого Элвиса; когда они возвращались из школы, и Ред Тимминс все пытался поцеловать Холли. Они не вспоминали и то, что Ред в 62-м лишился руки, оторванной его же собственным трактором. Прошлое, как и шкаф: не следует залезать слишком глубоко. Там всегда может прятаться монстр, готовый укусить тебя.