– Да я и тут нормально кушаю, Геннадий Иванович, – ответил Знахарь.

– А, ну да. Родина, – ехидно улыбнулся генерал.

– Будете смеяться, но мне здесь нравится.

– Да нет, зачем смеяться? Просто многие предпочитают тамошний комфорт и технологии.

– А вы сами? – Знахарь в свою очередь ехидно посмотрел на генерала. – Предпочли бы служить в американской армии?

– Не исключено, хотя нас и здесь неплохо кормят. – Генерал погладил себя по животу, который, к удивлению Знахаря, вовсе не был брюхом.

Митрохин, в отличие от многих носителей лампасов, был поджар и спортивен, и если бы не воровал, с него можно было писать портрет образцового вояки. Если бы не воровал…

Как бы в подтверждение мыслей Знахаря, он непринужденно заявил:

– Нет, там, конечно, так не зажируешь. Но работать интереснее наверняка. Иной подход к делу. Профессиональный. А у нас… Новую технику в войска годами не шлют. Что годами – десятилетиями. Последний раз танки ровно десять лет назад поставлялись. А у супостата – новейшие вооружения. Буря в пустыне, бля! Извините, наболело…

– Да нет, ничего, – ответил Знахарь, – технологии у них на высоте, конечно, но ведь у нас всегда ставка делалась на моральный дух, на чудо-богатырей, на человеческий фактор.

– Это верно. Вот именно, что на человеческий фактор. А точнее, на человеческое мясо. Пушечное, так сказать. Всегда массой брали, горами трупов. Эх…

Он долго продолжал в том же духе.

Будто был генерал и впрямь – за Отечество радетель. Ну, на словах-то и в самом деле радетель, а на деле был он – «раздетель». Танки, которые не шли в войска, – отправлялись или браткам в ближайшее зарубежье, или индусам.

С санкции самого высокого руководства.

Официально. Чин по чину…

В общем, за чайком они вели светскую беседу, размышляли о судьбах России, вдыхали запах антимоскитных благовоний.

Но Знахарь упорно поворачивал Митрохина на нужные рельсы.

– Неужели у нас все так плохо, как вы говорите? – удивлялся Знахарь. – И новой техники вообще нет?

– Да есть же! – кипятился хозяин дачи. – О том я и веду речь. Разработки круче штатовских. А никому не нужны…

– Вот и славненько. – Тут Знахарь улыбнулся ему так, что генерал сразу должен был понять, что гостю именно новая военная техника и понадобилась.

Генерал понял.

– Могу на этот раз предложить самую свежую разработку. «Резеда». Батарея всего из трех баллонов. Основа обычная – фентанил, но добавки… наши химики постарались. Не все же им на «Проктер-эндГэмбл» пахать. Короче, боевая эффективность повышена втрое. А цена выросла лишь вдвое. А?

– Неужели, Геннадий Иванович, вы считаете меня профессиональным отравителем?

– Но ведь зачем-то же вы пришли.

– Меня сегодня интересует возможность сбивать приближающиеся воздушные цели.

– Вам повезло, – широко осклабился военный коммерсант. – На склады только что поступило два комплекта тяжелой самоходной зенитно-ракетной…

– А полегче что-нибудь? – перебил его Знахарь. – Чтобы с самоходкой на плечах по лесам не бегать, по скалам не прыгать.

– Портативный комплекс? Вами управляемый? Возьмите «Стилет»…

– И отслужить два года срочной, обучаясь основам управления, – с готовностью продолжил Знахарь. – Нет. Пусть само летит.

– «Игла». С плеча. Как фаустпатрон. Стоит совсем недорого. Семьдесят пять тысяч все удовольствие. По рукам, Майкл? Вам сколько?

Знахарю не очень понравилось стремление генерала поскорее всучить ему этот дешевый агрегат, и он уже приготовился задать несколько въедливых вопросов, но тут с крылечка терема колобком скатился генеральский адъютант.

Он вытянулся во фрунт и стал поедать глазами начальство.

– Геннадий Иванович, главком на вертушке, – четко, но негромко доложил адъютант.

– Извините, – поднялся генерал. – Это ненадолго.

Он действительно вернулся всего лишь через несколько минут, сетуя, что вот, мол, сверху торопят. Просят поинтенсивнее продавать вверенное имущество… А Знахарь за это время все прикинул и понял, что генерал хотел продать ему какой-то неликвид.

Значит, решил он, надо отбиваться.