В Лос-Анджелес Иван прилетел на самолете местной авиакомпании только на третий день. Перед отлетом из Нью-Йорка он дал телеграмму секретарю Сноурта, и когда они с волком, вынесшим весь полет в наморднике и ошейнике, вышли из здания аэропорта, дверца стоящего напротив выхода шикарного «Шевроле де Билль-IV» открылась, и перед ними возникло что-то очень близкое к «Мисс Вселенная».

— Мистер Воробьев?

Иван озадаченно уставился на явившееся перед ним чудо.

— Я Памела Тарлтон, секретарь мистера Сноурта. — По-видимому, мисс Тарлтон уже привыкла к реакции мужчин на свое появление, она невозмутимо указала на автомобиль и произнесла выверенным нейтральным тоном: — Прошу.

Иван снял с волка ошейник, что тот воспринял с явно заметным облегчением, и, подождав, пока зверюга заберется на заднее сиденье, уселся рядом с мисс Тарлтон. Сказать по правде, такого он от Фила не ожидал. После гибели семьи он всегда относился к женщинам подчеркнуто равнодушно, а красивых даже побаивался. Единственной женщиной, которая жила в его сердце, была Эльха…

— Я привезла все, что вы просили, — прервала молчание Памела.

— Да? Спасибо. Где это?

Памела откинулась назад, при этом кофточка натянулась, обрисовав великолепную грудь, и выудила с заднего сиденья портативную видеокамеру. Судя по спокойной реакции на присутствие в салоне волка, тем более без ошейника и намордника, она имела достаточное представление о Соборе. И это тоже было несколько необычно как для Сноурта, так и для Америки в целом. Ну что ж, это только облегчало дело. Иван привычно проверил камеру и поинтересовался:

— Вы везете меня в офис?

Последние несколько лет Фил жил в небольшом городке к северо-западу от Лос-Анджелеса. Городок этот, по существу, давно уже стал частью Лос-Анджелеса, но по-прежнему имел свою собственную мэрию и собственного шерифа.

— Да, конечно. Мистер Сноурт пока не пришел в себя, и я думаю, будет разумнее заняться делами. Впрочем, если вы хотите, можем заехать в больницу.

— Нет, вы правы, — сказал Иван, — займемся делами. Но офис пока подождет. Мне необходимо осмотреть кое-какие железки. Вы хорошо знаете окрестности?

— А что вас интересует?

— Гринвич-Виллидж, три мили на запад по федеральному шоссе номер двадцать два. Там находится свалка, на которую отбуксировали столкнувшиеся машины.

Памела бросила на него быстрый взгляд, в котором мелькнуло удивление. Она отправила телеграмму три дня назад, и обычный человек за это время едва успел бы сюда добраться. А этот, судя по прозвучавшему заявлению, не только узнал о произошедшем с мистером Сноуртом, но и уже сумел выяснить кое-какие подробности. И, хотя за время работы у Сноурта она успела привыкнуть к некоторым… скажем так, особенностям его манеры ведения дел, одной из которых было странное распоряжение по поводу телеграммы в эту диковатую Россию, этот русский ее заинтересовал. Но она имела достаточно опыта, чтобы знать, что показывать мужчинам интерес к их особе — верная дорога к созданию самой себе дополнительных проблем. А потому лишь на мгновение задумалась и ответила все тем же подчеркнуто нейтральным тоном:

— Это примерно миль десять. Желаете, чтобы я отвезла вас туда?

Иван помедлил. Из той информации, которую они с Костиком сумели раскопать за пару дней, ничего конкретного пока не проступало. Но то, что таинственный недоброжелатель Фила являлся человеком с чрезвычайно широкими возможностями и не испытывал колебаний, если считал необходимым действовать жестко, было ясно. Так что риск вляпаться в серьезную переделку, посетив это место без хотя бы минимальной подготовительной работы, был довольно значителен. Но риск опоздать был еще больше.

— Да, — сказал Иван.

Памела, улучив момент, великолепным пируэтом перебросила машину из крайнего левого ряда в правый поворот. Следовавший сразу за ними водитель шикарного открытого перламутрового «крайслера» сначала зло ругнулся и цапнул трубку мобильника, намереваясь сообщить в полицию номер нарушителя, но, разглядев девушку за рулем, расплылся в улыбке и выставил большой палец. Памела равнодушно отвернулась и прибавила газ. Водила она великолепно даже для американки.

На территорию свалки их пропустили не сразу. Сторож с кем-то долго разговаривал по телефону, потом развернул в их сторону телекамеру и опять начал что-то объяснять в трубку. В конце концов Ивану это надоело, он вышел из машины и подошел к высоким воротам из прочной металлической сетки. За ними бесновались два здоровенных добермана. Иван постоял минуту, сторож положил трубку, но почему-то остался в будке. Иван повернулся к машине. Волк возник у правого переднего крыла точно привидение. Доберманы тут же захлебнулись собственным лаем и с тонким визгом рванули по дороге прочь от ворот. Сторож вылетел из будки с допотопным здоровенным «смит-вессоном» в руке, но, наткнувшись на взгляд Ивана, остановился.

— Не стоит нервничать.

Иван с короткого, в два шага, разбега взмыл над воротами и, приземлившись на ноги в шаге от окаменевшего сторожа, выдернул револьвер из его онемевших пальцев. Сторож смотрел на Ивана взглядом кролика, нервно моргая. Мало кого бы оставил равнодушным прыжок через ворота высотой под пару метров. Да еще выполненный, так сказать, спортсменом, одетым в классические темные брюки, рубашку с галстуком и модные лаковые туфли. Иван снял ключи с ремешка, пристегнутого к поясу сторожа, открыл ворота и повесил ключи на место.