– И что это за дело?

Стилет посмотрел на графинчик, но решил подождать.

– Что за дело… Ну, я скажу вам так. Сам я к криминалу никакого отношения не имею. Но, с другой стороны, знаю об этом все. У нас ведь все все знают, но молчат, потому что лучше молчать и ходить, чем молчать и лежать.

Стилет засмеялся:

– Это американская поговорка?

– Нет, – Знахарь слегка улыбнулся, – эту поговорку я придумал сам. Так вот, о криминале. Чем я занимаюсь в

Америке – неважно. С русским криминалитетом у меня там не было никаких контактов. Георгий Иванович – первый. Скажу честно, что у меня там, в Америке, имеется собственная… как бы это сказать… собственная силовая структура. Но опять же подчеркиваю – не имеющая никаких связей с русской мафией. Поэтому я – человек, не засвеченный ни с какого боку.

Знахарь сделал паузу и налил себе пива, а Стилет, не теряя времени, наполнил рюмку.

– Ну, будьте здоровы! – сказал Знахарь, подняв стакан, из которого поползла густая пена.

– И вам того же, – ответил Стилет и хлопнул четвертую за этот вечер рюмку отменной водки, сделанной в подпольном цеху, который обслуживал исключительно уважаемых людей.

– Итак, о сути дела, – начал Знахарь, но, оборвав сам себя, оглянулся и вполголоса спросил:

– А вы, Владимир Федорович, уверены, что в этих стенах можно говорить обо всем?

– Вы имеете в виду микрофоны и прочий шпионаж? – Стилет усмехнулся. – Да я бы себя уважать перестал, если бы хоть на секунду засомневался в безопасности этого помещения. Для этого есть специальные люди, они свое дело туго знают. Так что говорите, не бойтесь.

– Хорошо, – Знахарь потер подбородок. – Кокаин.

– Что – кокаин? – не понял Стилет.

– Кокаин. Производится только в Южной Америке. Сюда попадает какими-то левыми и ненадежными путями. Торговцы – каждый сам по себе, в общем – совершенно неразработанная грядка.

– И что? – Стилет подобрался.

Он не ожидал, что этот Майкл с места в карьер затронет такую крупнокалиберную тему, и теперь слушал его, как кошка мышь.

– А то, что я лично знаком с производителями товара в Никарагуа, и, мало того, являюсь правой рукой дона Хуана Гарсиа, который не кто иной как простой кокаиновый император. Интересно?

– Продолжайте, – требовательно сказал Стилет, – я вас очень внимательно слушаю.

– Продолжаю. Еще раз скажу, что тема кокаина в России совершенно не развита, и теперь перейду к главному.

Знахарь сделал паузу, чтобы до Стилета дошла важность его слов, и сказал:

– Четыреста тонн кокаина.

– Сколько?

Стилет был ошарашен.

– Четыреста тонн. Вы понимаете, сколько это денег? Вы понимаете, что с таким количеством товара мы будем контролировать всю Россию?

– Да… Понимаю…

– Я доставлю в Город четыреста тонн кокаина, а вы должны расчистить поляну так, чтобы на ней и пылинки не было. Всех неорганизованных торговцев – к ногтю. Действовать придется без жалости и сомнений. Всех, кто может быть полезен – прибрать к рукам, а остальных… Сами понимаете.

Стилет представил себе масштабы того, о чем говорил этот сумасшедший Майкл Боткин, и ему стало не по себе.

– Вы знаете… – Стилет недоверчиво покрутил головой, – для меня такое предложение весьма неожиданно.

Но тут его вертануло в сторону измены, и он, прищурившись, сказал:

– А если я не поверю вам и решу, что вы хотите втянуть меня в какую-нибудь заблуду? Ведь вы знаете, что синица в руках гораздо толще журавля в небе! Если я прикажу своим людям устранить вас? Что тогда?

– Тогда вы не проживете и дня, – жестко сказал Знахарь. – Пять минут назад я сообщил вам, что у меня имеется собственная, изолированная от любых криминальных сообществ, силовая структура. Мои люди убьют вас, вот и все.

Знахарь отчаянно блефовал, но он знал, что при таких ставках любой блеф оправдан, и тут же получил доказательства этого.

– Вы не подумайте ничего лишнего, – Стилет пошел на попятную. – Честно говоря, ваше предложение такое… такое нереальное! Вроде как – достать Луну с неба.

– Совершенно реальное. Я привожу в Город четыреста тонн кокаина, а вы подготавливаете почву. Причем не только в Городе, но и в других местах, где сможете. И, конечно же, вы должны понимать, что это – война. Бизнес, который я предлагаю вам, будет самым крупным из всех, что на данный момент имеются в России. И очень многим он придется не по вкусу. Но, с другой стороны, тот, кто будет его держать, займет такое положение, что смотрящий по городу будет подавать ему пальто.