Тут монах что-то невнятно пробормотал.

– Что-что?
– переспросил его Рихтер.

– Почему, - Клемент поднял голову и несмело посмотрел на гнома, - вы мне все это рассказали? Ведь должна же быть этому причина. Почему мне оказана такая высокая честь?

– Неужели ты так и не понял?
– расхохотался Рихтер.
– Да ведь это же очевидная истина!

– Ты здесь потому, что в прошлой жизни, - тут даже Дарий не выдержал и улыбнулся, - ты носил совсем другое имя. Тебя звали Мартин. И однажды, именно ты подсел за столик к двум путешественникам - гному и некроманту.

– Я был Мартином?!
– закричал монах и вскочил на ноги.
– Святым Мартином?

– Да. Именно этим и объясняется наш интерес к твоей скромной персоне, - сказал Рихтер.
– Мы друзей не забываем. Мало того, что у тебя та же душа, ты даже внешне умудрился походить на себя прежнего. Вылитый Мартин в его неполные сорок. Со стороны было так забавно наблюдать, как ты восхищался самим собой.

– Да как это возможно?! Да как…?! Я же ничего не помню!

Тут монах не выдержал и стремглав побежал в глубину сада.

Смерть вопросительно посмотрел на Создателя.

– Пусть проветрится. Все равно он скоро вернется. Будем снисходительны - Мартин или Клемент, но он только человек. Ему не так-то легко принять эту новость. Если на него слишком надавить, то он может сойти с ума.

– Его мировоззрение дала трещину, но он справится.

Действительно, не прошло и нескольких минут, как монах показался из-за деревьев. Теперь он был рассержен.

– Если это так, то почему я снова стал монахом?
– воскликнул он возмущенно.
– Снова ряса, снова орден!

– Должно быть потому, что в этой жизни, ты должен был исправить ошибки прошлой. Благодаря тебе возник орден Света, который в последствии натворил столько бед. А так как душа у тебя добрая - ты не мог остаться безучастным к человеческим страданиям. Именно поэтому меня интересовал твой личный выбор - был ли он вообще?

– Какой кошмар, - ужаснулся монах.
– Я снова возглавил орден. Это было предсказано.
– Он осекся, вспомнив пророчество магов.

– Чему быть - того не миновать, - тихим голосом сказал Дарий.
– Пусть тебя не тревожит то, как ты расправился с Пелесом. Вы не случайно почувствовали друг к другу взаимную ненависть с первого взгляда. В прошлой жизни Пелес первым нанес удар, пожелав смерти своему учителю.

– Мартин…

– Да, ты всего лишь отомстил за себя. Душа Пелеса не представляла для универсума интереса, и поэтому сгинула без следа.

– Выходит, что у меня совсем не было выбора! Совсем? Я ничего не решаю… Но как же свобода воли? Как же… Если я марионетка, то в чьих руках?!
– он обратил непонимающий взгляд на Дария.

– Уж точно не в моих, - покачал головой Создатель.
– Я ни к чему не принуждал тебя. Поверь.

Клемент пытался успокоиться, но у него это плохо получалось. Злость от осознания собственного бессилия мешала ему это сделать.

– Орден принес столько зла людям… И я его основатель. Вся моя нынешняя жизнь - расплата за ошибки прошлого. Я думал, что на моей совести много смертей, но как же я ошибался… Сколько их было за прошедшие восемьсот лет? По моей вине империя погрузилась в трясину обмана и предательства. И даже если мое учение не было ложью, я им так ничего и не добился.

– Клемент, ты очень талантлив, если можно так выразиться. И поэтому тебе нужно быть осторожным в своих действиях и поступках. Раз в твоей власти повести за собой целые народы - будь предельно осторожен, выбирая направление. Иначе мы будем наблюдать, как ты снова и снова становишься магистром ордена, в тоже время ничего по сути не меняя.

– Моя жизнь - ничто… - констатировал Клемент.
– Даже хуже, чем ничто. Это бред какой-то… Хорошо, что я уже умер. Иначе от полученных известий я бы умер снова. Но если вы называете меня своими друзьями, то почему не помогли мне? Я не говорю о материальной помощи, но ведь можно было дать совет? Намекнуть? Это глупость, утверждать, что я должен все решать сам, и в тоже время утверждать, что я ничего не решаю, и будущее не зависит от моих действий.

– Но если оно не зависит, то какой смысл давать тебе советы?
– Рихтер пожал плечами.

– Душа может сойти с ума?
– озадаченно спросил Клемент, потирая виски.
– Все, я не хочу ничего больше знать. Ничего!

– Клемент, от себя не убежать, - мягко сказал Создатель.

– Разве трудно было помочь? Не ради себя прошу, а ради остальных. Люди, пострадавшие по моей вине - убитые, замученные, за что расплачивались они? За какие грехи? Разве Мирра виновна в чем-то, что у нее убили родителей, и ей пришлось скитаться, видеть мои страдания и потерять меня дважды? Что она сделала, чтобы заслужить такое?