Шрифт:
Я мчусь вперед, не разбирая пути. Все быстрее и быстрее. Не замечаю больше ни соперников, ни метеоритов. К счастью, первые и сами шарахаются от меня, а вторых на трассе почти нет.
Запредельная перегрузка плющит и ломает мое тело так, что я слышу, как трещат кости. Я почти ослеп. Меня тошнит, мутит и крутит. Я перестаю ощущать себя, превращаясь в хаотичный, неуправляемый поток взбесившихся частиц.
– Только бы не потерять сознание… Только бы не сорваться с орбиты… - шепчу, рычу, кричу я, и упрямо наращиваю, наращиваю скорость…
– Подправь курс… - как сквозь вату слышу голос Мартина.
– Ты сходишь с трассы…
И я подправляю. Потом еще. И еще. Голос Мартина ведет меня по трассе. Он словно маяк в ночи, надежный якорь в бушующем море, единственная реальность в сошедшем с ума мире…
– Тормози! Финиш…
В полубреду гашу реактор и включаю тормозные двигатели, чувствуя, как вращающийся мир останавливается. Успокаивается. Приходит в норму. Обретает формы и цвета. Зрение потихоньку возвращается. Но тут бунтует мой организм - я не успеваю сорвать шлем, и меня рвет прямо в скафандр. Я захлебываюсь рвотой и пытаюсь сформулировать единственно-важный вопрос:
– Кто?… Кто победил?
– Ты! Ты, Брайан!
– орет Мартин.
– То есть "Бешеные Псы".
– А ты?
– А я сейчас сижу на Луне. Меня подбил Аргонавт. Они с Кентавром поймали меня в вилку и…
– Зачем же ты это сделал? Ведь теперь Санчес начнет подозревать тебя!
– Не начнет, - возражает Мартин.
– Аргонавт на самом деле подбил меня, по-честному, без поддавков.
– Не может быть! Тебя еще ни разу никому не удавалось подбить!
– Не удавалось, потому что меня прикрывал ты, - искренне говорит Мартин.
– Ладно, тебе пора уносить ноги. Выигрыш "Бешеных Псов" официально зафиксирован. Их тренер, кажется, грохнулся в обморок от счастья… Брайан, скорее выходи из лайдера, у люка тебя ждут под видом техников люди Тома.
– Сейчас, только посажу "Пса" в кресло пилота.
– Ха! Представляю его реакцию при пробуждении!
Мартин фыркает. Я тоже. Бедняге "Псу" придется приложить усилия, чтобы не повредиться рассудком. Представляете, просыпается человек, и узнает, что только что выиграл гонку! Да как выиграл! Уверен, мой "вращающийся финиш" еще долго будет будоражить зрителей и гонщиков, а последние, как пить дать, ринутся учиться "летать по винту". Флаг им в руки. Я, к примеру, теперь даже на работающий миксер смотреть не смогу, а вращение сверла в дрели наверняка вызовет у меня тошноту. И вообще, я решил для себя раз и навсегда - к неисправному лайдеру больше и близко не подойду!
Пару часов спустя мы с Лонгом сидим у Тома и ждем вестей от похитителей.
Билла и Мартина с нами нет - они вынуждены присутствовать на разборе полетов в клубе "Отвязных Стрельцов", потому что туда приехал Хьюго Милано с Санчесом и потребовал оправданий за проигрыш.
На Тома страшно смотреть - у него не лицо, а маска. Маска тревоги и ярости. Если похитители не захотят сдержать слово и вернуть ему Саби и Жанну живыми, я уверен, Том жизнь положит, небо и землю перевернет, но поквитается с ними.
Наконец, пиликает визор-связь. На экране Саби и Жанна. Они на скамейке в каком-то парке. Вечер, людей вокруг не видно, горят фонари, лениво падает снег.
– Том, - говорит Жанна и плачет.
– Забери нас отсюда, Том!
– Вы где?
– Не знаю… - У Жанны истерика. Сабрина смотрит на нее и тоже начинает плакать.
– Жанна, успокойся, - просит Том.
– Спроси у кого-нибудь, где вы?
– У кого? Здесь никого нет!
– Жанна срывается на крик.
– Мне страшно, Том! Забери нас отсюда!
– Конечно, заберу, - ласково говорит Том.
– Милая моя, хорошая, пожалуйста, успокойся, не пугай Саби. Скажи, вы в Мегаполисе? На Земле-3?
– Нет… не знаю… Нас везли в космическом челноке… Потом на мобиле… У нас на головах были черные мешки… Нам их позволили снять только сейчас. Посадили на скамейку, оставили портативный визор-фон и уехали…
Пока она говорит, мы жадно вглядываемся в экран. У них там зима, и в Мегаполисе сейчас зима… Темно, вечер, и в Мегаполисе вечер… Деревья в парке припорошены снегом, но скамейка и аллейка чистые, значит, искусственно нагреваются… Фонари под старину, вроде как чугунные… Что-то очень знакомое…
– Это Парк Присутствия, - уверенно говорит Лонг.
– Они в Мегаполисе, в двух кварталах отсюда.
Еще полчаса спустя мы все разъезжаемся по домам. Вернее, поначалу я собираюсь вернуться в клинику, как и обещал Рабишу, но в последний момент передумываю и поворачиваю к "Преданью Старины". Мне хочется домой. Только сейчас ощущаю, до чего же, оказывается, я устал. Вымотался вдрызг, и не только, вернее, не столько от гонки. Хотя к изнеможению примешивается чувство радости от хорошо выполненного дела. Одной проблемой стало меньше. Осталось только разобраться с Пауком и вытащить Грига. Но я не хочу сейчас об этом даже думать. Все завтра. А сегодня будет теплая ванна, рюмка коньяка и спокойный, продолжительный сон в собственной кровати - короче, все, как у нормальных людей, а то я уже почти забыл, как это делается!