Кэркленд мгновенно понял, что если это засада, то они с Пандольфини, можно считать, уже мертвы.

– Мы копы, – выпалил он. Это надо было сказать немедленно.

Троица приблизилась. Тот, что с полуавтоматом, встал посредине и заговорил тусклым скрипучим голосом. Кэркленд подумал, что голос синтезирован компьютером.

– Ваши документы.

– Оба вооружены, – это сказал кто-то еще. Наверное, у кого-то из них сенсор, детектор оружия.

Кэркленд медленно откинул левую полу куртки, медленно полез во внутренний карман, потом так же медленно достал оттуда свой полицейский значок.

– Кэркленд, – назвался он, – лейтенант Кэркленд, отдел по расследованию убийств.

– Кто второй? – проскрипел охранник с полуавтоматом.

– Сержант-детектив Вал Пандольфини.

– По какому вы делу, лейтенант?

У Кэркленда устала рука, и он убрал значок во внутренний карман. Пандольфини сделала то же самое.

– Я здесь по официальному полицейскому расследованию, а вы-то кто, черт подери?

– Агент два-девять-пять, командир наряда, агентство «Бэрнот Эскорт», отдел чрезвычайных ситуаций.

– Отлично. А не могли бы вы убраться с дороги?

– Я свяжусь с командованием, – ответил два-девять-пять. – Постойте пока.

Его тон действовал Кэркленд у на нервы, но он терпел и стоял спокойно. Он сталкивался с охранниками из агентств тысячу раз, многие из них были настоящими психопатами. Остальные – просто сумасшедшие. У «Бэрнот», по слухам, репутация неплохая, но это не значит, что у среднего их оперативника нормальный психотип. Береженого Бог бережет.

– Скажите, – заговорил бэрнотовский агент, – кто у вас старший, лейтенант?

– Капитан Энрикес.

– Верно. Проходите.

– Спасибо, приятель.

Агент «2-9-5» проводил Кэркленда до двери и нажал кнопку интеркома. Дверь скользнула в сторону, и Кэркленд вступил в маленькую, отделанную сверкающими мраморными панелями комнату, в которой стояло несколько предметов антикварной мебели. Пандольфини встала рядом и обвела взглядом комнату – она знала, куда смотреть. В тот же момент дверь, ведущая в апартаменты, скользнула в сторону, вошел человек в белой куртке слуги и приблизился к Кэркленду.

– Чем могу помочь, сэр?

– Мне нужен мистер Охара.

– Прошу извинить, – сказал слуга, – но мистера Охары сейчас нет.

– Правда? – Кэркленд поднял брови, будто от удивления. – А может, ты проверишь еще разок? Мой хороший приятель только что видел, как мистер Охара с двумя подружками подъехал к дому. А если его все же нет, то мы с детективом Пандольфини сядем и будем здесь сидеть, пока мистер Охара сам не поймет, что он уже дома. И знаешь, приятель, лучше ты ему прямо так и скажи.

Слуга на мгновение нахмурился, затем скользнул обратно к двойным дверям.

Двумя минутами позже Кэркленд уже шел по отделанному прозрачным пластиком балкону, с которого открывалась панорама огромного ботанического сада Платинум-Мэнор. Его рекламу он видел где-то на территории и в подземном гараже. Допрос Охары не должен означать, что Кэркленд подозревает его в каком-то преступлении, в нарушении законов Филадельфии. Кэркленд просто уточняет ситуацию. Это официальная версия сегодняшнего визита. На этот раз Охара встретил его в черном атласном халате и комнатных туфлях. Увешанный золотыми украшениями, с видом властелина мира, он восседал на бархатном диване и снисходительно улыбался. На столике возле дивана стояла в ведерке со льдом бутылка шампанского, а рядом с ней тарелка икры. На том же диване расположилась парочка блондинок, которые выглядели законченными нимфоманками, только и ждущими употребления. Обе были голые, похожие друг на друга как две капли воды и не выказывали ни малейшего желания хоть как-то прикрыться.

– Добрый вечер, лейтенант! – сказал Охара. – Чем могу помочь?

Кэркленд сначала собирался представить детектива Пандольфини, но по здравом размышлении оставил эту затею. Вопрос Охары требовал прямого ответа.

– Не могли бы вы объяснить, почему вы скрываете информацию, важную для расследования убийства?

– Прошу прощения?

– Роберт Найман, Стивен Джордж, Томас Харрис. Когда вы стали руководителем «Экзотек», все трое были переведены в Отдел Специальных Проектов в Джерментауне. Вы говорили, что реорганизовали структуру «Экзотек», и это правда, но все эти изменения были завершены в течение первых шести месяцев вашей работы. Найман, Джордж и Харрис не получили новых назначений в этот период вплоть до взрыва в Отделе Специальных Проектов.

– Прошу извинить, лейтенант, – Охара все еще говорил с видом падишаха, – но вы оперируете ложными сведениями.

– Да? А я так не думаю.

–Трое несчастных, о которых вы говорите, получили новые назначения задолго до инцидента в Отделе Специальных Проектов.

А вот это – вранье. Интуиция и раньше подсказывала Кэркленду, что этот человек врет. Но на этот раз в его распоряжении была не только интуиция. Он получил бумаги из офиса вице-президента КФК, парня по имени Торакидо Бунтаро. В них говорилось, что Найман, Джордж и Харрис получили новые назначения все-таки после того инцидента. Это подтверждал и директор «Экзотек» по кадрам. Кэркленд был совершенно убежден, что Охара новыми назначениями либо расплатился с этими тремя за услуги, либо выдал аванс за молчание. Вопрос состоит в том, что же эти трое, теперь уже убитые, видели или сделали в Отделе Специальных Проектов, чтобы заслужить такую любовь Охары.