Шрифт:
Тикки ответила спокойно:
– Я тебе оставляла больше ста тысяч.
– Опять этот дрек! Я больше не могу.
– Не пудри мне мозги.
Второй ствол уперся в нее сзади. В голову. Вообще-то этого достаточно, чтобы заставить ее действовать. Стоять спокойно становилось все труднее. Инстинкт подсказывал ей, что с этими стволами надо что-то делать. Но Тикки старалась, очень старалась стоять спокойно.
– Мне нужны… мои деньги. Все. Сейчас. Жирный Андрэ посмотрел на потолок, откинулся в кресле и показал рукой на терминал. Кресло заскрипело под его тушей. На экране терминала сменилась картинка. Тикки наклонилась, чтобы разглядеть ее.
– Вот, что у меня есть на тебя, – сказал Жирный Андрэ. – Вот это.
В одной строке было написано: «Потрошитель». В следующей: «Файл не найден». Тикки закрыла глаза. Это было с ее стороны и глупо, и умно. С закрытыми глазами она не могла драться, но если бы она так не поступила, то сделала бы нечто такое, о чем потом пришлось пожалеть. Она сжала зубы, борясь со злостью.
– Я приходила сюда три раза, – прохрипела она, – три раза приносила деньги. Сорок тысяч каждый раз. Всего – сто двадцать. Вот что ты от меня получил.
– Ты хочешь посмотреть мои записи? Отлично. Я тебе покажу.
Жирный Андрэ набрал на клавиатуре команду, и на дисплее появилась картинка с телекамер безопасности, висящих на стене у него за спиной. Тикки смотрела на то, что казалось видеозаписью случившегося здесь несколько минут назад, если не считать того, что на этот раз оба охранника у нее за спиной были мужчинами.
– Ты получил от меня восемьдесят тысяч! – рычал ее экранный двойник.
– Ты никогда не оставляла мне никаких денег! – отвечал на экране Жирный Андрэ.
. Что за черт!
Тикки не верила своим глазам. Она посмотрела на настоящего Жирного Андрэ и сказала:
– Это фальшивка. Монтаж.
– Да? А когда ты сделала последний вклад? Она задумалась:
– Неделю назад.
– Тебя здесь не было месяц.
Точные сроки несущественны. Или существенны? Она не помнила, когда была здесь в последний раз. Она была все это время очень занята. Была или не была занята? Она работала на Адаму, возня с Молотком и его тупоголовыми приятелями тоже отняли время. Это что же, она так заработалась, что в датах путается? Возможно ли это? И почему она чувствует себя смущенной? Еще одно дело вышло из-под контроля?
Она не верила, что Жирный Андрэ может просто спереть ее деньги – у него слишком хорошая репутация. Но другого объяснения у нее не находилось.
Она что, с ума сошла? Тикки затрясла головой.
– Ничего не понимаю!
– Понимай, как хочешь, – отрезал Жирный Андрэ, – но тебе ничего не обломится. А теперь проваливай. И сделай одолжение – не появляйся здесь больше.
Когда две винтовки упираются тебе в спину – выбор невелик. Уходить или драться. Она могла бы ввязаться в драку, но с троллем женщине не справиться. Чтобы сразиться с ним, надо принять естественное обличье, а Тикки предпочитала раскрывать свою тайну только тогда, когда все присутствующие, кроме нее, должны были умереть.
К тому же это бессмысленно. Убийство Андрэ не вернет ей денег. И ничего не объяснит.
Она повернулась и вышла.
Очень осторожно.
36
Бар располагался неподалеку от городского молла. Переулок за ним был замусорен и темен. Раман ждал в затененной нише, образованной задними стенами выходящих сюда домов. Услышав звук шагов по растрескавшемуся бетону, он достал из скрытых в левом рукаве куртки ножен тонкий стилет, приготовившись метнуть – у него в этом деле большой опыт.
Шаги медленно приближались. Раман слегка наклонился и выглянул из-за угла. У приближавшегося коренастого здоровяка была темная морщинистая кожа и клыки орка. Он был в черном плаще и темно-синем мундире Службы Всеобщей Полиции (СВП). Звали его Гунтер.
Убедившись, что Гунтер пришел один, Раман оставил в покое стилет, развел руки в стороны и вышел из укрытия. На секунду замешкавшись, Гунтер шагнул ему навстречу.
– Цена – пятьсот, – сказал он низким мрачным голосом.
Раман протянул руку.
– Деньги вперед, – возразил Гунтер.
Он еще не договорил, а Раман уже начал движение. Он перехватил шею орка, а острое как бритва лезвие выскочило из правого рукава. Раман приставил его к физиономии Гунтера. Вытаращив от ужаса глаза, орк отшатнулся к стене.
– Ты же знаешь, как мы дела делаем! – произнес Раман тихо, но в его голосе звучал металл. Один из его когтей врезался в кожу орка, оставив кровавую царапину. Трясущийся от ужаса Гунтер вжался в стену и закрутил шеей, пытаясь восстановить дыхание.