Черный Туман отозвался:

– Да?

– Что интересного?

– Свяжись со Стилом.

А вот это уже на самом деле интересно! Стил – это специальный позывной специального человека. Требуется немедленная реакция.

– Что еще?

– Ничего.

Она повесила трубку и обернулась. Сзади к ней приближался боец отряда быстрого реагирования в тяжелом бронежилете, в шлеме с поляризующим забралом, тяжелых ботинках и с укороченным полуавтоматом «МР-5 ТХ». Для Тикки это не было неожиданностью – она не только слышала, но и чуяла его приближение. Интересно, неужели он приметил, как оттопыривается под мышкой ее куртка из-за «канга» в кобуре?

– Что это такое? – вопросил голос с металлическими модуляциями.

Боец ткнул в сторону телекома. Тикки постаралась придать лицу удивленное выражение.

– А?

– Я бы назвал это порчей частной собственности.

Она ответила целым залпом русских фраз, припасенных на такой случай, и вообще всем своим видом продемонстрировала, что не понимает, чего от нее хотят. Коп двинулся к телекому, еще более раздраженно тыча в него пальцем. Только теперь до Тикки дошло – она содрала жвачку с телекома и сунула в рот. Коп уставился на нее, а потом буркнул:

– Пшла отсюда к черту!

Тикки повернулась и отправилась в путь.

Она бросила угнанную «судзуки-врору» в переулочке по соседству с Делавэр-авеню, потом пересекла аллею, широкую, как футбольное поле, заваленную мусором, горами обломков, кусками бетона, покореженной металлической арматурой, сгоревшими машинами и всяким старьем. В тени разваливающегося четырехэтажного дома стояла троица, одетая в куртки из синтетической кожи – двое мужчин и одна женщина. Выглядели они по-гангстерски, но это только видимость. Тикки знала, что это часовые. Они тоже, несмотря на темноту, засекли ее приближение. Скорее всего, они учуяли ее еще до того, как увидели. Тикки знала это, потому что сразу поняла, кто они. А по их запаху это было совершенно очевидно. Они лишь выглядели как люди, но на самом деле были животными совсем другого вида. В каком-то смысле у них с Тикки было больше общего, чем с людьми.

Трое часовых держали оружие наготове. У одного из самцов был кольт, у другого – армейский дробовик. Самка была вооружена пулеметом «скорпио» с круглым диском на тридцать пять патронов.

По мере того как Тикки приближалась, в темноте справа и слева от нее возникло движение. Она знала, что там творится, не глядя и не прислушиваясь, – там были вервольфы [20] в своем естественном виде. Два самца и две самки. Стая всего лишь кралась по бокам от нее, и чуя, и видя в ней настоящего хищника.

Тикки остановилась перед двуногими. Самец со здоровенным кольтом выступил вперед. От него пахло так, что было ясно – он нервничает, даже смущен.

– Хочешь жить – мотай отсюда! – прорычал он.

Тикки только чуть покачала головой. Она нисколько не волновалась. И четвероногие, высовывающие носы из темноты, ее тоже не беспокоили. Ясно, что стоящий перед ней самец так насторожен именно из-за того, что от нее пахнет спокойствием. Спокойствием и самообладанием.

– Мне нужен Стил, – сказала она.

– Такого не знаю!

– Э, парень, брось трепаться!

Тикки вызвала в себе злость, ее как жаром окати-ло, и эта публика тут же безошибочно все учуяла. Вервольфы даже в двуногом обличье несравнимо пре-восходят человека нюхом. Самец переменил позу, все его телодвижения говорили, что он в раздумьях – напасть или удрать. Он перекинулся взглядами с остальными двуногими, потом посмотрел на Тикки.

– Кто ты?

Это был ее первый контакт здесь, в Филли, и она не собиралась так просто раскрываться.

– Я знаю Стила, а он – меня. Он ждет меня, он меня вызывал.

Двуногие снова переглянулись. Неужели они способны обмениваться мыслями с помощью одних только запахов, удивилась про себя Тикки. Ни разу эти трое не обменялись ни словом, ни жестом. Они просто смотрели друг на друга. Самка повернулась и стала спускаться по бетонным ступенькам, ведущим к подвальный двери. Пара самцов осталась наблюдать за Тикки. Все ждали.

Через некоторое время самка вернулась.

– Иди за мной, – сказала она.

Тикки последовала за ней сначала по ступенькам, потом через дверь, потом метра три по темному

коридору, потом еще через одну дверь. Первую дверь закрыли прежде, чем открыли следующую, так что свет не мог быть заметен снаружи. Вторая дверь привела их в пустую комнату, освещенную единственной лампочкой, свисавшей с потолка. Из мебели здесь был старый деревянный стол и одинокий стул. Человек, сидящий на стуле, был огромен и силен, его могучая мускулатура бросалась в глаза. Волосы черные, брови чуть не срастаются над носом, руки, даже тыльные стороны ладоней, покрыты густыми черными волосами. Одет он был в черную куртку из синтетической кожи, джинсы и тяжелые черные ботинки. Правая рука лежала на столе. Рядом, воткнутый в столешницу, покачивался длинный нож. Он пялился на Тикки с минуту, потом спросил низким голосом: