Когда ты попросту не можешь прекратить работу. Когда не представляешь себе ничего, кроме завершения этого проекта. Тогда прими пилюлю.

Потому что Питер прав.

Ты прав.

Потому что важно все. Каждая деталь. Почему — пока никто и не знает.

Всё — автопортрет. Всё дневник. Весь твой лекарственный анамнез — в пряди твоих волос. В твоих ногтях. Судебные улики. Содержимое твоего желудка — документ. Мозоли на руке выдают все твои секреты. Зубы тебя выдают. Акцент. Морщинки у рта и глаз.

Все твои дела выдают твою руку.

Питер частенько повторял — дело художника — проявлять внимание, собирать, организовывать, складировать, хранить, потом составить отчет. Документировать. Создать презентацию. Дело художника — попросту не забывать.

ЭНДЖЕЛ ДЕЛАПОРТ поднимает один рисунок, потом второй, — все акварелью. Они на разные темы: на некоторых — лишь контур странного горизонта, на некоторых — пейзажи залитых солнцем полей. Сосновых лесов. Очертания поселка или дома в среднем плане. В лице Энджела двигаются только глаза, прыгая туда-сюда по каждому листу бумаги.

— Потрясающе, — говорит он. — Вы ужасно выглядите, но ваши работы… Боже.

Просто на заметку — наши Мисти и Энджел в Ойстервилле. Это чья-то пропавшая «большая комната». Они пробрались через очередную дыру, чтобы нащелкать снимков и увидеть граффити.

Твои граффити.

Внешний вид Мисти, то, как она не может согреться даже в двух свитерах, как у нее стучат зубы. Как трясется ее рука, когда она протягивает Энджелу рисунок, — из-за нее плотная акварель трепещет. Это какой-то кишечный микроб, оставшийся с пищевого отравления. Даже здесь, в полумраке запечатанной комнаты, где единственный свет — тот, что просачивается сквозь шторы, — она в очках от солнца.

Энджел таскает туда-сюда сумку с фотоаппаратом. Мисти принесла портфолио. Это ее старый, черный пластиковый, со времен учебы, тоненький чемоданчик со змейкой, опоясывающей его по трем краям, чтобы открывался и раскладывался плашмя. Тонкие полоски-резинки удерживают акварельные рисунки с одной стороны портфолио. С другой стороны в кармашки разных размеров прячутся наброски.

Энджел щелкает снимки, а Мисти раскладывает портфолио на диване. Когда она вынимает пузырек с пилюлями, ее рука так сильно трясется, что слышно, как внутри гремят капсулы. Выуживая капсулу из пузырька, она поясняет Энджелу:

— Зеленая водоросль. От головной боли, — Мисти кладет капсулу в рот и предлагает. — Идите, гляньте на пару рисунков, и скажите свое мнение.

Диван пересекает какая-то Питерова надпись. Его черные слова ползут по семейным фото в рамочках на стене. По вышитым подушкам. По шелковым абажурам. Он задернул плиссированные шторы и краской вывел слова поперек их внутренней стороны.

Ты вывел.

Энджел берет из ее руки пузырек и поднимает его к свету, падающему из окна. Трясет пузырек с капсулами. Говорит:

— Здоровые.

Желатиновая капсула у нее во рту размягчается, и внутри вкус соленой фольги, вкус крови.

Энджел вручает ей фляжку джина, извлеченную из сумки для фотоаппарата, и Мисти с бульканьем заглатывает полный рот горечи. Просто на заметку — она пьет его выпивку. На худфаке учат, что в среде наркотиков существует этикет. Положено делиться.

Мисти предлагает:

— Выручайте себя. Берите одну.

А Энджел отщелкивает крышку пузырька и вытряхивает парочку. Роняет одну в карман, со словами:

— На потом.

Заглатывает оставшуюся с джином и корчит жуткую гусиную гримасу, склонившись вперед и выставив красно-белый язык. Зажмурив глаза.

Эммануил Кант и подагра. Кэрен Бликсен и сифилис. Питер сообщил бы Энджелу Делапорту, что страдание — ключ к его вдохновению.

Раскладывая наброски и акварели по дивану, Мисти спрашивает:

— Что скажете?

Энджел по очереди кладет каждую картину и поднимает следующую. Качая головой — «нет». Одной только прической, из стороны в сторону, как в параличе. Говорит:

— Просто невероятно.

Поднимает еще картину и спрашивает:

— Вы какими принадлежностями пользуетесь?

Какой кистью?

— Соболевой, — отвечает Мисти. — Иногда беличьей или бычьего волоса.

— Да нет же, глупая, — говорит он. — На компьютере, для набросков. Не могли же вы сделать такое ручными приспособлениями, — он стучит пальцем по замку на одном рисунке, потом стучит по коттеджу на другом.

Ручными приспособлениями?

— Вы же пользуетесь не только линейкой и циркулем, так? — допрашивает Энджел. — И транспортиром? У вас получаются точные, идеальные углы. Вы используете трафарет или лекало, верно?