Эстер любила своего супруга и хотела иметь от него детей. Но как она могла произвести на свет ребенка в стране, где невинных младенцев приговаривают к смертной казни, как это произошло с сынишкой Линдар. Эстер жила бы в постоянном страхе, что султан в любой момент прикажет зашить и ее ребенка в мешок и утопить в Босфоре.

– Убери это немедленно! – крикнула Эстер евнуху. Улыбка сползла с физиономии Омара, зато мозг заработал в ускоренном темпе. Если принцесса отказывается есть баклажаны, то нужно срочно найти иной способ, чтобы она забеременела.

Озадаченный, Халид посмотрел сначала на баклажаны, потом на жену.

– Чем провинились эти бедные баклажаны?

– Из-за них женщины беременеют, – просветила мужа Эстер. – Так же как из-за твоих листков ночной красавицы люди засыпают.

«Значит, она не желает рожать мне детей?» Тысяча кинжалов вонзились в сердце Халида, но лицо оставалось бесстрастным. Как он мог ошибиться в Эстер, убедив себя, что у нее нежная душа. Она не примет Карима. Возможно, он неверно распорядился судьбой малыша. Жизнь с матерью, которая холодна к ребенку или даже ненавидит его, подчас ужаснее мгновенной смерти.

Как же ему теперь поступить? Отправить ребенка Малику? Лишить его жизни? Это немыслимо. У Халида никогда не поднимется рука на невинное дитя.

– Убери баклажаны, – распорядился Халид.

– А что принести взамен? – невесело осведомился Омар.

– Ничего. Оставь нас, – приказала Эстер. Внезапная перемена настроения Халида не укрылась от нее. Она сделала над собой усилие и придала голосу некоторую игривость: – Где же обещанный сюрприз?

– Тебе следует выспаться и успокоить нервы, прежде чем ты его увидишь.

Эстер послушно прилегла. Халид положил ей под подушку листик ночной красавицы и повернулся, чтобы уйти. Эстер удержала его.

– Пожалуйста, останься.

Халид присел на край софы. В глазах его застыла печаль. Это мучило Эстер. Она поднесла его пальцы к губам и поцеловала их один за другим.

– Я очень люблю детей, но боюсь…

– Рождение ребенка для женщины естественно. Тебе нечего бояться. Я пошлю за лучшей повитухой в Стамбул.

– Я не этого боюсь, – сказала Эстер.

– Тогда что же пугает тебя?

– Карим мертв из-за дурных поступков своей матери. А что случится с нашим ребенком, если я сделаю что-то не так? У вас столько незнакомых мне обычаев и законов.

Халид порывисто обнял ее.

– Пока во мне будет тлеть хоть искорка жизни, никто не посмеет тронуть ни тебя, ни наших детей. Разве я не клялся султану защищать тебя?

– Я верю тебе и надеюсь на тебя. – Она погладила ладонью его шрам и запечатлела поцелуй на изуродованной щеке.

Халид просветлел. Все будет хорошо. Жена его примет Карима с любовью.

– Я провел на ногах всю ночь и хотел бы отдохнуть, – сказал Халид мягко, но настойчиво укладывая ее обратно на подушки. Он лег с краю и обнял ее. Эстер уютно устроилась в его объятиях. Тепло его тела, ровное биение сердца в могучей груди, а может быть, ночная красавица быстро усыпили ее. Тогда Халид легонько поцеловал ее, осторожно поднялся с постели и неслышными шагами удалился из комнаты.

Он направился в прежнюю спальню, где Лана кормила малыша через соску.

Халид взял Карима на руки, отпустил Лану и продолжил кормление. Темные глаза мальчика, так похожие на материнские, разглядывали незнакомого мужчину, что не мешало ему при этом жадно сосать молоко.

Тронутый доверчивостью и беспомощностью маленького существа, Халид как-то отвлекся от размышлений о будущем царственного принца. Решив, что Карим уже достаточно поел, он отложил фляжку из кожи ягненка и прошелся с малышом по комнате. Зрелище могучего, закаленного в сражениях воина с крохотным младенцем на руках было впечатляющим.

– Мой сын, ты благородный принц величайшей империи в мире, – обратился Халид к малышу. – Как твой отец я буду учить тебя всему, что необходимо знать мужчине и воину. Твоя мать, которую ты скоро увидишь, это ангел любви, ниспосланный нам аллахом. Ее нежность и забота помогут нам в самых суровых испытаниях, если они выпадут на нашу с тобой долю.

С малышом на руках Халид опустился на кровать и смежил веки. Отец и сын погрузились в сон.

– Просыпайся, мой принц. – Омар слегка тронул его за плечо. Может быть, в первый раз за много лет пробуждение Халида было таким мирным и сулило столько приятных для души событий. – Принцесса помылась в бане и позавтракала, – сообщил евнух.

Халид с улыбкой спросил его:

– Как тебе мой сын?

– Хороший мальчик. Я надеюсь, что скоро у него появится много братишек, чтобы ему было, кем командовать.