– Закрой глаза, – отчаянно нашептывал Халид. Эстер, чей взгляд был словно загипнотизирован видом остро отточенного ятагана, никак не отреагировала.

– Дьявол тебя возьми! Закрой глаза! – повторил Халид уже гораздо громче.

Султанская рука упала вниз. Ятаган, будто повторяя это движение, тоже опустился и оборвал жизнь Джамала.

Глаза Эстер затуманились. Невыносимая боль пронзила мозг.

– Кровь… нет… папа…

Халид подхватил жену, стал укачивать ее на руках, словно ребенка. Она продолжала вздрагивать, что-то тихо вскрикивая.

– Отнеси ее ко мне, – предложила Нур-Бану.

– Нет, фелука Мурада отвезет нас в Девичью Башню.

– А как же Форжер? Ты забыл о мести? – взвизгнула Михрима.

– К дьяволу Форжера, я забираю жену домой.

– Она напустила на тебя порчу, и ты свернул с истинного, уготованного тебе пути, – с горечью произнесла Михрима.

Халид не стал пререкаться с матерью. Никто на свете не был для него сейчас дороже, чем Эстер.

– Твои брат и сестра взывают об отмщении! – крикнула Михрима. – Ты должен заставить Форжера уплатить кровавый долг…

– Кровь… кровь… – по-прежнему бормотала Эстер у него на руках.

С долей презрения и с печалью Халид обратился к матери:

– Злая старая женщина. Ответственность за живых – вот что я беру на себя прежде всего. У мертвых впереди вечность, они могут и подождать.

Эстер очнулась в незнакомом ей помещении. Пол устилал толстый персидский ковер, стол был из мрамора с мозаикой, вокруг него громоздились расшитые подушки, причудливая резьба украшала деревянные балки, две стены были чуть скошены, а в одной были прорезаны иллюминаторы. Значит, она не во дворце.

Страшная картина казни Джамала всплыла в ее памяти.

– Нет! – простонала Эстер, отгоняя прочь жуткое видение. Так недолго и сойти с ума. Спрыгнув со своего ложа, она пробежала по ковру к иллюминатору в надежде, что свежий морской воздух оживит ее.

Но смотреть на голубые воды Босфора ей не следовало. В мыслях своих она представила мертвого младенца, спрятанного в мешке, который покоился где-то глубоко под водой, может быть, прямо под днищем фелуки.

Легкий шум позади заставил Эстер вздрогнуть. Она оглянулась. В дверях стоял Халид с подносом. Он смерил жену оценивающим взглядом и сразу заметил, что состояние ее за несколько часов, проведенных в забытьи, не улучшилось.

Шагнув вперед, он пяткой прикрыл за собой дверь, пересек каюту и водрузил поднос на стол.

– Тебе плохо?

– Да.

– Полежи еще немного.

– Я не нуждаюсь в отдыхе. Где мы?

– На корабле Мурада. – Халид подвел ее за руку к столу. – Подкрепись.

– Я не голодна.

– Чай будет тебе полезен. Он бодрит.

– Возвращение в Англию, где нет дикарей, возможно, взбодрит меня, но не твой чай.

Халид промолчал. Он все же наполнил ее чашку горячим напитком, и Эстер взяла ее дрожащими руками.

– Я говорил тебе «закрой глаза»!

– Я не могла… – Голос ее сорвался. – Ведь в их смерти есть и доля моей вины.

– Но не ты толкнула их на путь предательства, – возразил Халид.

– А малыш? Как я могу жить в такой стране, где казнят детей?

– Люди умирают насильственной смертью везде, и в твоей Англии тоже. Расскажи мне наконец о твоем отце.

Эстер хотела отвернуться, но Халид не дал ей этого сделать. Его голубые глаза сверлили ее. Она с трудом выдерживала его взгляд.

– Раздели со мной свою ношу, – попросил Халид. – Тебе будет легче.

Эстер отрицательно мотнула головой.

– Эскадра Форжера атаковала и потопила в бою корабль, который вез мою сестру к ее жениху, – начал свой рассказ Халид, удивив этим Эстер. – Алчный ублюдок не удержался от соблазна напасть на одинокий беззащитный корабль. Он надеялся поживиться сокровищами, а там было только одно сокровище – моя сестра. Никто не спасся с корабля. Они все ушли на дно.

Почему он рассказывает ей это? Ведь раньше он избегал разговора о гибели сестры и брата.

– Поклявшись отомстить, мы с братом начали охоту за Форжером. Как мы могли знать, что именно таков его план, что мы пешки в затеянной им коварной игре, что он заманивает нас в ловушку? Уверенный, что мы не оставим его в покое, подлый трус искал способ расправиться с нами. Кончилось все тем, что Карим лишился жизни, а я отделался шрамом на лице. Если б не Малик, я был бы мертв, как и мой брат.

– Убить Форжера – твой долг, – сказала Эстер. – Тебе не нужно оправдываться передо мной.

– Не в этом смысл моего рассказа, – продолжил Халид. – Я был взрослым мужчиной, обученным воином, и все же не смог уберечь брата от смерти. Тебе же винить себя за то, что произошло, когда ты была почти ребенком, неразумно.