— Мне тоже было приятно, Луиза, — произнесла Ричардс глухим, механическим голосом.

— А теперь нам пора уходить. Все хорошо.

— Да.

— Тебе не обязательно помнить о нашем разговоре, — закончила Луиза.

— Да.

Луиза взяла со стола листок бумаги, который ранее вытащила из сумочки.

— Почему бы тебе не продолжить работу, Рейчел? — спросил Ральф уборщицу. Он осторожно отпустил ее руку, готовый немедленно возобновить хватку, если женщина выкажет малейшие признаки потребности в усилении воздействия.

— Конечно, мне лучше вернуться к работе, — более дружелюбно произнесла она. — Хочу управиться здесь к полудню, чтобы отправиться в Хай-Ридж и помочь там.

Когда Рейчел Андерсон вернулась к своей тележке с чистящими средствами, Луиза присоединилась к Ральфу.

— С ними ведь все будет в порядке, Ральф?

— Да. Уверен. А ты как? Не ощущаешь слабости или чего-то в этом роде? — Нет. Ты запомнил дорогу?

— Конечно — она говорит о месте, ранее называвшемся Сады Барретта.

Каждую осень мы с Кэролайн собирали там яблоки и покупали сидр, пока в начале восьмидесятых ферму не продали. Подумать только, и это Хай-Ридж.

— Удивляться будешь позже, Ральф, — я действительно умираю от голода. — Ладно, ладно. Кстати, что это за бумажка? Записка о племяннице, получившей стипендию на обучение в университете Нью-Гэмпшира?

Луиза, улыбнувшись, передала Ральфу листок, оказавшийся счетом за электричество.

— Ну как, удалось вам передать сообщение? — поинтересовался охранник, когда они вышли из здания и направились к машине.

— Да, спасибо, — ответила Луиза, вновь включая свою мегаваттную улыбку. Она продолжала идти, однако покрепче сжала руку Ральфа. Он понимал, каково сейчас Луизе; и он не знал, как долго продлится их воздействие на обеих женщин.

— Вот и хорошо, — кивнул охранник, следуя за ними до конца подъездной дорожки. — Денек сегодня выдался тяжелый, буду рад, когда он окончится.

Знаете, сколько охранников будет задействовано здесь с полудня и до полуночи? Дюжина. И это только здесь. В Общественном центре еще человек сорок, не считая сил местной полиции.

«И все это абсолютно бесполезно», — подумал Ральф.

— И ради чего? Чтобы какая-то блондиночка могла высказаться?

— Охранник взглянул на Луизу, словно ожидая с ее стороны обвинений в половой дискриминации, но Луиза лишь улыбнулась в ответ.

— Надеюсь, все будет хорошо, офицер, — произнес Ральф и повел Луизу к «олдсмобилю». Он завел мотор, осторожно вырулил на дорогу, ожидая, что сейчас из здания выбегут Барбара Ричардс и Рейчел Андерсон с дико выпученными глазами и поднятыми в обвинительном жесте руками. Но ничего не произошло. Ральф облегченно вздохнул. Луиза, взглянув на него, сочувственно кивнула.

— Я считал себя коммивояжером, — произнес Ральф, — но никогда не видел подобной сноровки.

Луиза застенчиво улыбнулась и скромно сложила руки на коленях.

Из кабины, размахивая руками, выбежал Триггер. Сначала Ральф подумал, что им все же не удалось спокойно уехать — охранник с блокнотом заподозрил что-то неладное и по телефону приказал Триггеру задержать их. Затем он обратил внимание на то, как выглядит Триггер — запыхавшийся, но счастливый — и что-то державший в правой руке. Предмет оказался очень старым, обтрепанным бумажником, распахивающимся и закрывающимся, словно беззубый рот какого-то чудовища, при каждом взмахе руки Триггера.

— Не волнуйся, — сказал Ральф, притормаживая. — Не знаю, что ему нужно, но ничего плохого он нам не сделает. Уверен.

— Мне плевать на то, чего хочет он. Я же хочу побыстрее выбраться отсюда и поесть. Если он вновь примется за побасенки насчет рыбалки, Ральф, я сама нажму на педаль газа, имей в виду.

— Аминь, — ответил Ральф, точно зная, что на уме у Триггера Вашона отнюдь не воспоминания о рыбной ловле. Ральф разбирался еще не во всем, однако одно он усвоил твердо: ничто в этом мире больше не происходит случайно. Это Предопределение вышло на тропу войны. Ральф затормозил рядом с Триггером и нажал на кнопку, опускающую стекло. Раздраженно поскрипывая, оно пошло вниз.

— Эй, Ральф! — крикнул Триггер. — Я думал, что проглядел тебя!

— В чем дело, Триг? Мы торопимся…

— Хорошо, хорошо, это займет не больше секунды. Оно у меня в бумажнике, Ральф. Я храню все свои бумажки здесь и никогда ничего не выбрасываю.

Он распахнул бумажник, выставляя на обозрение смятые счета, фотографии (и провалиться ему на этом месте, если Ральф не заметил, что на одной из них Триггер изображен с огромным окунем в руках), старые визитные карточки, пожелтевшие и поистершиеся от времени. Триггер перебирал весь этот хлам со скоростью банковского служащего, называющего курс обмена валют.