— А как насчет Эда Дипно? Вы можете говорить и от его имени?

Губы Далтона, и так плотно сжатые в одну нить, теперь, казалось вовсе исчезли.

— Мистер Дипно больше не имеет никакого отношения к «Друзьям жизни», — произнес он, и Ральф уловил в тоне говорящего страх и гнев. — Как и Фрэнк Фелтон, Сандра Мак-Ки и Чарльз Пикеринг, если вас это интересует. Взгляд Джона Киркленда в объективе камеры был мимолетен, но красноречив. Он говорил о том, что, по его мнению, Дэн Далтон совсем спятил.

— Вы хотите сказать, что Эд Дипно и остальные личности — извините, но мне о них ничего не известно — организовали собственную группу, выступающую против абортов? Нечто типа филиала?

— Мы не против абортов, мы за жизнь! — выкрикнул Далтон. — А это большая разница, жаль, что репортеры путают оба понятия!

— Значит, вам не известно местонахождение Эда Дипно и что он планирует?

— Я не знаю, где он, и меня это не интересует, как не интересуют… Филиальщики.

«Однако ты боишься, — подумал Ральф. — И если такой самоуверенный сморчок, как ты, боится, то я просто в ужасе».

Далтон пошел прочь. Киркленд, очевидно, решив, что еще не все выжал из него, отправился вслед за Дэном, разматывая на ходу шнур микрофона.

— Но разве не правда, мистер Далтон, что, пока Эд Дипно был членом вашей организации, именно он спровоцировал несколько протестов с элементами насилия, включая выходку с куклами, наполненными искусственной кровью, в прошлом месяце?

— Вы все о том же? — спросил Дэн Далтон. — Я помолюсь за вас, мой друг. — И зашагал прочь.

Киркленд удивленно посмотрел ему вслед, затем повернулся к камере: — Мы пытались связаться с представителем противоположной стороны — Гретхен Тиллбери, приложившей столько усилий, чтобы здесь, в Общественном центре Дерри, сегодня состоялось выступление Сьюзен Дэй, — но не смогли до нее добраться. Мы слышали, что мисс Тиллбери сейчас находится в Хай-Ридж, убежище для женщин, временно заменяющем им дом, которым владеет и управляет Центр помощи женщинам. Очевидно, она и ее ассистенты готовятся достойно провести то, что, по их мнению, выльется в мирную демонстрацию и выступление сегодня вечером.

Ральф взглянул на Луизу и произнес:

— По крайней мере, теперь мы знаем, куда ехать. На экране телевизора появилась Лизетт Бенсон:

— Джон, существует ли реальная угроза насилия?

И снова Киркленд, остановившийся перед вереницей полицейских машин. В руках он держал белый бумажный прямоугольник с напечатанным текстом.

— Служба безопасности обнаружила сотни таких карточек, разбросанных по газону перед Общественным центром. Один из охранников утверждает, что видел автомобиль, из которого бросали карточки — «кадиллак» модели шестидесятых, коричневый или черный. На нем не было номерных знаков, но на заднем бампере имелась надпись:

«АБОРТ — ЭТО УБИЙСТВО, А НЕ ВЫБОР».

И снова студия, и Лизетт Бенсон, крайне во всем заинтересованная:

— И это написано на тех карточках, Джон?

Киркленд:

— Ты бы назвала это загадкой. — Он взглянул на карточку. — «Если бы в вашем пистолете было всего две пули и вы очутились в одной комнате с Гитлером, Сталиным и врачом, делающим аборты, как бы вы поступили?» — Киркленд посмотрел в камеру и сказал: — Ответ, напечатанный на обратной стороне, гласит: «Всадил бы обе пули в такого врача».

— Джон Киркленд, репортаж из Общественного центра Дерри.

— Я умираю от голода, — сообщила Луиза, когда Ральф осторожно выводил «олдсмобиль» со стоянки. — Даже если я и преувеличиваю, то не сильно.

— Я тоже хочу есть, — ответил Ральф. — Вполне естественно, если учесть, что мы не ели со вторника. По пути в Хай-Ридж обязательно заедем в кафе.

— А времени у нас хватит?

— Мы его сделаем. В конце концов, победу одерживает сытый.

— Возможно, только я не чувствую себя очень воинственной. А ты знаешь, где…

— Помолчи секунду, Луиза.

Он остановил машину, перевел коробку передач в нейтральное положение и прислушался. Из-под капота доносилось постукивание и скрежет, не понравившейся Ральфу. Конечно, цементные стены в таких местах усиливают звуки, и все же…

— Ральф? — нервно окликнула Луиза. — Только не говори мне, что машина сломалась. Просто не говори мне этого, хорошо?

— Думаю, с ней все в порядке, — ответил он и снова стал пробираться к дневному свету. — Я немного отвык от старушки Нелли с тех пор, как умерла Кэролайн. Забыл, на какие звуки она способна. Ты что-то хотела спросить? — Ты знаешь, где находится Хай-Ридж?

Ральф покачал головой:

— Где-то в пригороде Ньюпорта. Вряд ли они хотят, чтобы мужчины знали адрес этого приюта. Я надеялся, что тебе известно лучше.

Луиза тоже покачала головой:

— Слава Богу, мне никогда не нужно было прибегать к подобным услугам.

Нам нужно позвонить ей. Мисс Тиллбери. Тебя же с ней познакомила Элен, значит, ты можешь поговорить с этой дамой. Она выслушает тебя.

Луиза одарила его взглядом, согревшим сердце — «Любой здравомыслящий человек прислушается к тебе, Ральф», — говорили ее глаза, но Ральф опять покачал головой: