На огород смотреть не могу. Надоел, измучил. Зайду в теплицу - скорее по привычке, - взгляну на помидоры, пройдусь, покуривая меж грядок и долой. Случаются дожди и, слава Богу, поливать не требуется.

Душа не на месте. Я обнаружил, что не знаю, о чем писать. Да и как писать - не знаю. Третья редакция "Шута ждет меня на 126 странице.

Все сюжеты и темы кажутся мелкими и неинтересными, Плохо на душе.

И беспощадный вопрос: а может, я бездарь, графоман, лентяй, сукин сын, болтун, тупица и болван?

О чем писать, что меня волнует?!

Не знаю... Совсем недавно казалось, что тем - уйма, только успевай строчить. Сегодня душа пуста. Читаю журналы - там горчичка после обеда запоздалое разоблачение перегибов. "Белые одежды" Дудинцева дочитать не смог. "Никто пути пройденного у нас не отберет" В. Конецкого читал с чувством легкой досады. Лишь "Зубр" Гранина доставил радость и еще "Брестский мир" Шатрова в "Новом мире", пьеса.

25 июня 1987. Дежурю в гараже.

Облачно, парит, тяжело дышится и полно идиотов вокруг. Боже, какие кретины встречаются, сердце плачет. Кажется, так писал Житинский. Но если бы только кретины и идиоты - сволочи вдобавок.

Ну чем не сволочь наш Николай Аркадьевич Кудряшок, оформленный слесарем-ремонтником и занимающийся в гараже неизвестно чем?

Сократить хотели - оставили, он как бы инженер по безопасности движения, министр без портфеля. Румяный военный пенсионер лет 55, смахивающий на поросеночка. Да его никакая перестройка не сдвинет с места. Сейчас его назначили секретарем парторганизации, и он воспрял духом: изображает бурную деятельность, лезет с нравоучениями и прихватывает водителей: "Открой фургон, что везешь? Почему остатки картошки в кузове? Откуда капуста?" А потом шушукается с водителями, и они привозят ему домой мешки с картошкой, капусту, морковку и прочий фрукт-овощ. Народ не честен у всех рыльце в пушку, и никто не хочет с ним связываться, хотя за глаза все ругают. Я тоже не лезу - у меня масса слабых мест в биографии, а работа пока устраивает. И от этого противно за себя. Одно из слабых мест - высшее образование. Как только я начинаю "качать права", мне намекают, что работаю не по специальности.

Ну да хрен с ним, с Аркадьевичем.

Дежурил со сторожем Сергеем (так он представился), 1922 года рождения. Услышал от него много интересного про войну. Это следует записать особо.

Родился в селе Пашкино на Алтае, около Барнаула и Бийска. У матери - 22 человека детей и два приемыша, цыгане. Отец погиб на Финской. Мать отправила на войну 17 детей. Вернулось двое.

Однажды в детстве Сергей не поздоровался со священником в деревне, после урока по атеизму. Отец выдрал его. На следующий день он поздоровался. Священник украдкой перекрестил его. Сергей увидел какое-то сияние вокруг головы священника и также украдкой поцеловал ему руку. Почему поцеловал сам не знает. Еще вчера он его ненавидел.

Церковь вскоре закрыли и священника заперли в пустом сарае - ждали, когда за ним приедут из района и заберут. Сергей носил ему еду. Все село вышло провожать священника. Женщины плакали, мужики хмурились. Повезли на телеге в район, под телегой сломался мост, упали в быструю холодную речку (осенью). Священник - крепкий мужик - спас солдатика и помог страже найти растерянные винтовки. Старший наряда убился головой о камень. Приезжали в деревню милиционеры - дознавались, кто подпилил мост. Одна тетка вякнула, что мост сгнил от старости, его давно следовало чинить. Ее забрали "за политику".

До 1942 года Сергей строил метро в Москве. Потом - фронт.

Разведчик Коля (питерский, вырос под забором) получил на фронте трое суток ареста - отбывал в яме, которую сам копал.

После войны, до 1947 года - Прибалтика, борьба с бандитизмом. Затем милиция в Зеленогорске, участковый в Белоострове. Ходили с автоматами.

Перевез к себе мать, больную. Жил с ней в бане начальника милиции на Кривоносовской улице. Писал в Москву, просил жилья, письма не доходили, послал письмо с почтовым вагоном. Пришел однажды с работы, а мать уже перевезли на новую квартиру.

28 июня 1987г. Зеленогорск.

Сегодня ходили в парк, обедали в ресторане "Олень" - Ольга, Максим и я. Пообедали на 10 рублей без спиртного.

Вчера ездили к Молодцову на день рождения - 49-летие. Были родственники и, как всегда, строительная шайка-лейка, которая стала почти родной.

Из тостов строителей выходило, что Молодцов построил в Ленинградской области все, что не успел построить Петр Первый. И больше Петра Петрова. Вот такой у нас замечательный зять.

Вспоминали, как всегда, Феликса.

Я выпил два фужера "Карданахи".

Сегодня спросил у Максима:

– Почему ты растешь таким непослушным, а?

– Не знаю, - искренне пожал он плечами.

Когда недавно были на заливе, я провел Максима на огромную учебную яхту "Ленинград".

Яхте более 50 лет, металлическая, с клепаными бортами, немецкой постройки. Как пояснил курсант - паренек лет 16-ти, - она плавала под флагом военно-морских сил Германии и по контрибуции перешла к нам. Они собираются совершить на ней поход в Выборг и Таллин. Хорошая яхта, добротная. И полно на ней ребятни. Максиму дали посмотреть в бинокль.