По телевизору - концерт для делегатов комсомольского съезда. Поет Леонтьев, остро шутят "КВН-щики", но их шутки воспринимаются как должное.

Подкормил помидорную рассаду селитрой, вид у нее дохловатый.

Пью боржоми, ем яблоки, мясо, которое привезла мне Ольга, и кофе пью, и чай. Писать некогда при такой жизни. "Шут" лежит, машинку не распаковывал.

Вчера лег спать в 1-30. Сегодня даже не побрился, чего давно уже не случалось.

Завтра на работу в гараж.

Пожалуй, побреюсь сейчас - потрогал щетину, и стало противно.

Побрился. Снял, наконец-то, сапоги, приладил сушиться на колья у печки, голенищами вниз.

Скоро вновь пришлось надевать. Они были теплые.

Вышел на крыльцо, смотрел на низкие звезды и увидел движущуюся с Юга на Север светящуюся точку. Постоял, не отрывая взгляда от звезд, и увидел еще одну: она двигалась с Севера на Юго-Восток. Может, спутники, освещенные солнцем, может, высоко летящие патрульные самолеты - кто их знает. Но падающей звезды не дождался.

Вставать завтра рано. И ночью вставать. Учусь топить печку углем. Сложное дело, если нет учителя.

21 апреля 1987г. Зел-к.

Нет времени. Ужинаю и пишу: одной рукой держу ложку, другой авторучку.

Приходил телемастер, приятель Ивана. Работал 6 часов и рассказывал, как работают и живут в Финляндии, в кот. он побывал в 1980г. Других разговоров он почти не вел, все сворачивал к Финляндии. За 6 часов он успел мне надоесть. Сделал ТВ еще хуже - полоса экрана превратилась в щелочку: виден только живот человека, головы и ног нет. Говорил, что двоюродный брат приглашал его остаться в Финляндии телемастером или радиомехаником - "Деньги бешеные!"

Ушел, взяв 5 руб. на покупку какой-то детали.

Весь день болела голова - от дыма, наверное. Спал ночью 3 часа. Днем, после ухода ТВ-мастера - лег подремать. Пришел пьяненький Ваня со своей женой Тамарой, которой сегодня 40 лет, и стал объяснять, что ее надо обязательно поздравить - у нее день рождения. С ним была Чернышка на поводке.

– С Чернышкой-то поздоровайся!

– Привет, Чернышка, - сказал я, держась за больную голову. В ней что-то пульсировало.
– Извини, Ваня - я нездоров.
– И пошел в кровать.

Ваня попросил "какой-нибудь бокальчик", намереваясь выпить за столом на улице.

– Да и ты давай, брось придуривать. Сухого надо выпить.

Я знал, что после выпивки начнутся бесконечные разговоры и мне от них будет не избавиться.

– Ваня, ты что, ко мне за стаканом пришел? У меня разве распивочная?

Пришла Тамара из туалета и защебетала - ой, какой потолок интересный, его надо покрыть лаком, почему вы не покрываете лаком? Я лежал под одеялом больно было открыть глаза.

– Пойдем, пойдем, нас не принимают, - обиделся Ваня.
– Чернышка, пошли.

Заснуть уже не удалось. К вечеру голове стало полегче.

23 апреля 1987. Зеленогорск.

Вдоль забора ползает и шуршит сухими листьями давнишний знакомый - еж. Папа-еж, должно быть.

9 мая 1987г. Зеленогорск. Стоят необычные холода. Хмарь, северный ветер, +4.

Прошел пленум Союза писателей. "Литературка" печатает речи выступавших.

Писатели ругаются и грызутся по всем вопросам, кроме литературных: национальные распри, упреки, обиды, колкости. Читать противно. Как дерьма наелся. Но узнаешь много скандально-нового про писателей.

Звонил в Москву, редактор сказала, что книгу мы должны сдать в производство 30 мая.

Рассада растет плохо - нет тепла и солнца.

Приезжал Мих - отвозил на своем "москвиче-комби" рассаду на Некрасовский рынок. Как всегда опоздал - болезнь у него такая, со школьных лет, но мне никак не привыкнуть.

– Чего поздно, Мих? Договаривались в девять.

– А сейчас сколько? Подумаешь, десять. Там что, горит?

– Не горит, но я Ольгу настроил, что ты в половину одиннадцатого будешь...

– Ну что ж, - сделал независимое лицо.
– Пока встал, побрился, позавтракал, то, се. И вообще, сегодня выходной... Подождет Ольга, ничего не случится.

Погрузили рассаду, дал денег. Уехал.

Не одобряет он мои коммерческие дела, по всему видно. Учится сейчас в институте марксизма-ленинизма.

28 мая 1987г. Зеленогорск.

Отвратительный стоит май: северный ветер, холодно, пасмурно. Сегодня шел мелкий, как соль, град. Электрическая печка в теплице включена круглосуточно. Астра, которую мы высадили в открытый грунт, пожелтела, даже покраснела и расти не хочет. Зелень деревьев - бледно-желтая, горчичная; листочки березы едва начали раскрываться.