– Сам виноват, ублюдок!
– обращался он к своему заклятому врагу Громову.- Я тебе такое устрою, - по-змеиному шипел он.- Такое.... Сам в петлю полезешь, говнюк! Я тебе не прежний толстячок-дурачок! У-у-у!
– периодически ещё и завывал Васёк.

Коньяк успокаивал на какое-то время, но потом начиналось обратное его действие.

– Козёл! Овца позорная!
– в истошном крике брызгал слюной Стрельцов.- За свой косяк ответишь по полной программе! Я покажу, кто в доме хозяин!
– Врезав ещё стаканище, вовсе дошёл до белого каления: - Пидор вонючий! За всё заплатишь, мразь!

Настойчивый стук в дверь прервал его гневную тираду.

– Все! Все пошли на хрен!
– во всё горло заорал Василий.

Но человек, стоящий за дверью, не отправился на указанный адрес, а преспокойно вошёл и плотно прикрыл за собой дверь. Василию удалось сфокусировать зрение, и он узнал таки гостя.

– А это ты.

– Да я, - подтвердил своё присутствие Барон и, не дожидаясь приглашения хотя бы присесть, расположился в одном из кресел.

– А как ты вообще вошёл?
– слегка припозднился с вопросом Стрельцов.

– Открыл твой замок своими ключами, - спокойно пояснил Барон.

– Профи, хренов, - пробурчал Василий.
– А чего это тебя вообще сюда занесло?

Барон нарочно не торопился с ответом. Вытянул из пачки на столе хозяина сигарету, долго не прикуривая, вертел её между пальцами, мял и потрошил. Василий уловил на себе его цепкий, колючий взгляд. Пятидесятитрехлетний уголовник с огромным тюремным стажем, криминальный авторитет, глава единственной на сегодняшний день частной охранной структуры не пожалует просто так. Не иначе с претензиями. Вася это отчётливо понимал, хотя и расслабился. К слову, бароновская контора, прикрытая ширмой законности, ворочала делишками куда покруче, чем охрана государственной и частной собственности. Никто в округе так профессионально, как молодцы Барона, не смог бы выполнить "заказ" К доброму Старшему Другу поздним вечером дня минувшего и обратился господин Стрельцов. Барон отказать не мог по многим причинам, но призадумался. Тревожно ему за Ваську стало. Вроде, как сын ведь...

– Ну, так чё припёрся?
– не сбавляя гонора, переспросил Стрельцов.

– Просто проведать решил, - парировал Барон.
– А ты, я вижу, время даром не теряешь.
– Кивок на заставленный выпивкой и закусью стол.

– Налить?
– с большой долей издёвки предложил Васька.

– Благодарю, стараюсь не увлекаться. Печень, - натянуто вежливо отказался Барон.

– Как знаешь. А я вот вмажу.
– Порция кофейного цвета жидкости нашла себе приют в васькином желудке. Посасывая кружочек лимона, Битюг не переставал расстреливать Барона косыми взглядами, требующими исчерпывающего ответа на уже дважды поставленный вопрос. Наконец гость открылся:

– Василий, мне очень не нравится, что ты кусаешься с этой командой.

– Чего?
– изумился Битюг.

– Мне очень не нравится, что ты кусаешься с этой командой,- с нажимом повторил Барон.

– Тебе что денег не заплатили?
– словно от зубной боли скривился Стрельцов.

– Дело не в деньгах. С гонораром всё в полном порядке.

– Ты по ходу в штаны наделал!
– гортанно расхохотался Васька.

Уголовник оскорбление проглотил, но не в меру расхрабрившийся Васька и не думал притормаживать на поворотах.

– Да пошёл ты, старый осёл! Ещё учить меня будешь с кем кусаться, а с кем не нужно!

Вот эту неслыханную дерзость Барон снести уже не мог. В одно мгновение из пожилого, больного на вид старикашки, он трансформировался в безжалостного киборга-убийцу с одной единственной программой в голове. Костлявые пальцы урки мёртвой хваткой вцепились в жирное васькино горло и не разжимались до тех пор, пока у наглеца не посинели губы и вывалившийся изо рта язык, не перестал подёргиваться.

– Базар фильтруй, парашник хренов, - на прощание посоветовал уголовник и шагнул к выходу.

Васька, массируя побагровевшую шею, лишь судорожно ловил ртом воздух и беспрестанно икал. Барон обернулся в дверях:

– Не играй с огнём, Вася. Ты можешь недооценить противника.

Мысленно послав хрыча на три известные буковки, Стрельцов поспешил компенсировать недостаток кислорода в организме у раскрытой настежь форточки. Надышавшись вволю, вышел в прихожую. Бык-охранник, призванный оберегать покой своего босса, с выпученными глазами сидел на полу и потирал ушибленный затылок. Входная дверь была заперта на все замки, словно и не открывалась вовсе.

Глава 8.

Порог родного дома нога Стаса Громова перешагнула ближе к часам четырём вечера. Настроение не в дугу. Мысли в разнобой. Вопросов тьма, и не одного ответа. "Что удумал Васенька Стрельцов? В какую сторону гнёт? За что он так круто с пацаном его обошёлся? Неужели войны захотел? По понятиям, вначале стрелу забил бы..., - окутанный клубами ароматного сигаретного дыма, размышлял бригадир, - хотя какие понятия по нынешним временам? Сам, не беспредельничаю что ли? Васька, ежу понятно, не при делах. И братва его, конечно, тоже чистая?.. И всё - таки