– Нам непременно нужно идти в театр?

– Конечно, вам обязательно нужно побывать там.

– Кэтрин, перестань говорить мне вы - это смешно.

– Если смешно - смейтесь. У вас хорошо получается.

– Жаркомба скрипучая. Поверь, я очень хочу побыть с тобой, но идти в театр... Понимаешь, я сегодня такой театр видел, мне теперь на долго хватит.

– Я понимаю, Изолятор ужасен.

– И это еще не все. Во вторник рейс на Землю, - добавил, опустив глаза Варгин.

– Вы улетаете?
– спросила она и видя, что Варгин не решается ей ответить, помогла ему: - Боитесь меня расстроить? Не бойтесь, я же знаю, что вам нужно будет улететь, говорите же.

– Это последний рейс. Осталось два дня.
– Он посмотрел на часы и уточнил: - два дня и пять минут.

– Два дня, - задумчиво повторила Кэтрин.

Она нагнулась и подняла с асфальта оранжевый лист.

– А как вы познакомились с Эфже?
– спросил Варгин.

Словно была не одна, а две Кэтрин: одна - деловая и сосредоточеная, другая - наивная и отзывчивая. Эти две Кэтрин совершенно не уживались друг с другом. Когда что-либо угрожало непререкаемому божеству - нетривиальному прогрессу, появлялась сухая и холодная гимназическая дама.

– Это деловое знакомство, - плакатным тоном ответила Кэтрин.

– Кто бы сомневался, - Варгин не отступал.
– Но, все же, согласись, парадоксально: простая школьная учительница и, можно сказать, - он принялся подбирать подходящее слово, - этакий столп нации, - выкрутился Варгин.

– Удивительная история. Однажды, четыре года назад, меня пригласили на заседание комиссии УНП по реорганизации системы обучения. Я сама не понимаю, почему именно меня. Ведь я тогда понятия не имела, что такое УНП, вообще, был отвратительный период. Мама умерла, от ужасной болезни начавшейся еще в молодости, когда она работала на резиновой фабрике. Брат куда-то исчез. Он даже не был на похоронах, - Кэтрин удивилась своим словам.
– Странно, почему его не было на похоронах? Каким бы он ни был, он должен был прийти, правда?

– Конечно. Но, может быть, он не знал?

– Нет, тут что-то не так, - Кэтрин стала совсем серьезной, - здесь определенно что-то не так. Ведь Ремо приходил за несколько недель до того, как мама...
– она на мгновение прервалась. Да, именно тогда он и принес свои бумаги. Кстати, что же в них было?

Варгин, словно провинившийся школьник, потупил взор.

– Ну, говорите же, - настаивала Кэтрин.
– А то в угол поставлю, троечник.

Варгин молчал.

– Та-а-ак, не выучил урок.

– Я учил, - промямлил землянин.

Они рассмеялись.

– Нет, серьезно, вы что, потеряли пакет?

– Да-да, потерял, - подхватил Варгин.

– Хватит врать. Вы - несчастный, бессовестный лгун. Споткнулся он о ступеньку - еле ходит, калека. Говорите же все, как было, или я ухожу. Таков был ее ультиматум.

Понимаешь, тогда ночью, когда я возращался пешком, на меня наехал автомобиль, небольшой такой, серый или черный...

– Ночью все автомобили серые или черные, - перебила его Кэтрин.

– Да, черный, серия САМ, номер 16-03. Двое впереди, один в кепочке с пистолетом - сзади. У водителя родимое пятно на правой щеке, вот здесь размером с вишню.

Кэтрин с восхищением обнаружила в его глазах бесовский огонек.

– И вы все это успели увидеть?

– Я пошутил, - разочаровал Варгин.
– В общем, переехала она меня. Через три дня я вернулся на то место. Естественно, ничего не осталось, одни сухие листья.

– Значит, все действительно так плохо, - сказала Кэтрин.

– Что плохо?

– Сначала кто-то рылся у меня дома, а потом они напали на вас. Бедный Варгин...

Они подошли к большому зданию с колоннами. Здание напоминало ларец. Вверху на фасаде было написано: "Главный Театр Санаториума".

– Без пяти семь, - сказала Кэтрин.
– Может быть, не пойдем?

– А что, хорошая идея, - поддержал Варгин.
– Давай не пойдем. Как это я сам не догадался предложить?

Кэтрин погрозила ему пальцем. В этот момент к ним подошел отдыхающий с воспаленными глазами и спросил:

– Лишнего нету?

– Нету, - ответил Варгин.

Когда огорченный отдыхающий отошел, Варгин спросил:

– Какой это такой - лишний?

Она рассмеялась.

– Билет лишний, билет в театр.

– Что, так много желающих?

– Да, конечно, у нас очень высокий уровень культуры.

– Ну, так пусть идет в другой театр.

– А в другом то же самое, - возразила Кэтрин.

– Так сколько же у вас театров?
– спросил ничего не понимающий землянин.

– Больше десяти, - гордо сказала Кэтрин.