– Я тоже думаю, что народ победит, Мешади.

– Да, народ победит. Но наступил новый, очень трудный этап революционного движения. Это тоже. надо хорошо понять. Учти: как бы ни был силен рабочий класс, во главе которого идет наша большевистская партия, он нуждается в поддержке. Кто поможет пролетариату? Ведь не буржуазия, которая юлит, виляет хвостом, даже говорит о "народных свободах", а думает только о своих интересах.

– Буржуев мы теперь распознали, - вставил свое слово Байрам, - Никакому Рахимбеку или Мухтарову верить нельзя.

– Ты стал совсем другим человеком, Байрам. Ты многое хорошо понял с тех пор, как мы познакомились на заводе. Подумай и о другом. Кто же поможет рабочим людям? Поможет крестьянство! Именно крестьянство. Ты сам из деревни, ты все отлично поймешь.

Азизбеков немного помолчал, внимательно вглядываясь в мужественное, пытливое и доверчивое лицо своего ученика. Потом он продолжал:

– У нас, в азербайджанской деревне, пока царит отсталость. Школ нет. Муллы обманывают, призывают к терпению во имя аллаха. Беки, помещики грабят обездоленных крестьян, забирают почти весь урожай. Власти душат непосильными налогами. Правду я говорю, товарищ Байрам?

– Чистую правду, товарищ Мешади.

– Теперь наша партия ставит своей задачей усилить связь с крестьянством. Немало партийцев уже ведут работу в деревнях, раскрывают глаза крестьянам, говорят правду о царских властях и помещиках. Конечно, отсталые, темные крестьяне ничем не помогут нашему революционному делу. А прозревшее, сознательное, понявшее свою силу, организованное крестьянство станет нашим большим другом, надежным союзником. Ты хорошо меня понял, Байрам?

– Понял многое, Мешади.

– Чему же учит партия? Для победы революции необходимо, чтобы рабочий класс повел за собой вперед крестьянство, его наиболее сознательную часть. Крестьянство должно участвовать в революции вместе с пролетариатом. Руководитель нашей партии Ленин отлично выразил эту партийную установку.

– Я знаю Ленина, - тихо сказал напряженно слушавший Байрам.
– Ленин большой друг рабочих.

– Ты прав, Байрам. И вся наша партия большевиков состоит из друзей рабочих. Мы живем и боремся для народа... Товарищ Тапдык!
– обратился Азизбеков к показавшемуся в дверях хозяину комнаты.
– Ты раздал отъезжающим литературу?

– Каждый получил все, что положено, товарищ Азизбеков.

– Отлично. Пожалуйста, дай еще один комплект.

Тапдык, согнув свое большое тело, порылся в сундучке, стоявшем в углу, и положил перед Азизбековым на грубо сколоченный столик стопку книжек, аккуратно перевязанных шпагатом.

– Вот что, Байрам! Партия тебе доверяет, хочет направить тебя на работу в деревню. Согласен?

– Конечно, согласен, товарищ Мешади!
– воскликнул просиявший Байрам.

– Ну, так поезжай в родную деревню. Если обстоятельства позволят, останься там. Будь осторожен и смел. Привлекай крестьян на сторону революции, разъясняй, что городские рабочие - их ровные братья и защитники.
– Азизбеков возвысил голос: - И помни, что будущее принадлежит нам!.. Возьми!
– -добавил Мешади, взяв со стола пачку книг: - Тут есть и работы Ленина, Прочти сам, давай читать другим, заслуживающим доверия. Не сразу, конечно.

Азизбеков порывисто приподнялся и снова крепко обнял Байрама.

– Ты доволен?
– спросил он тихо, задушевно, с какой-то особой нежностью в голосе.

– Конечно, Мешади. У меня как будто за плечами выросли крылья. Я отправлюсь завтра.

– Вернее, сегодня. Погляди!
– сказал Азизбеков, раздвигая оконную занавеску.

В комнатке сразу стало светло. Из-за мутного, дымчатого горизонта медленно поднималось солнце, заливая обильным светом темные буровые вышки, бедный рабочий поселок и бурые, выжженные зноем окрестные холмы,

– Видишь, дорогой Байрам? Уже наступает утро. Счастливого пути!