Кажется, Ханлар слишком поторопился войти в квартиру Азизбековых. Но, кроме Мешади, никто этого не заметил. Человек, который хотел сбыть сапоги, и другие соседи, и даже тетушка Селимназ с Зулейхой не обращали на старьевщика никакого внимания. Мало ли их шатается по дворам!

Мешади провел Ханлара к себе в кабинет. Оба весело захохотали. Вдоволь насмеявшись, Азизбеков сказал:

– Дорогой мой! Тебе надлежит забрать отсюда кое-что и отнести; на Баилов, но только после того, как я уеду. Понял?

Вопрошающий взгляд Ханлара говорил: "Что так?"

– Шпики усиленно наблюдают за нашей квартирой, - объяснил Азизбеков. Когда я буду укладывать в фаэтон кое-какие вещи, они подумают, что я нагружаю оружие. И обязательно поедут за мной вслед. И вот, как только все уедут, ты заберешь револьверы, бумаги и спокойно выйдешь отсюда, повторяя свое: "Старые вещи покупаю".

В это время на улице послышался цокот копыт.

– Ну вот, фаэтон уже здесь. Я возьму с собой чемодан и эти корзины. Спустя пять-десять минут после моего отъезда уйдешь и ты. Все понял?

Ханлар кивнул головой, а Азизбеков обратился к вошедшему Рашиду:

– Пригнал извозчика? Очень хорошо! Я уже готов. Возьми, будь любезен, и отнеси в фаэтон вот этот чемодан и корзины. Я сейчас...

Рашиду не терпелось узнать, зачем двоюродный брат едет в Бузовны. Он поднял сверкающий лаком черный чемодан, подхватил две корзины из-под винограда, набитые какой-то ветошью, и вышел.

Азизбеков взял Ханлара за локоть и потянул за собой в другую комнату. Указав на небольшую корзину с двумя ручками, набитую до отказа и сверху прикрытую пучками зелени, он сказал:

– Вот. Все в этой корзине, мой дорогой... Но что, если и за тобой вдруг увяжутся?

– Вдруг ничего не бывает, товарищ Азизбеков. Хотя, впрочем, вдруг и человек может упасть и разбиться... Я до сих пор не попадался. И незачем беспокоиться заранее.

Мешади суровым взглядом посмотрел на Ханлара.
– Нет, Ханлар, - сказал он, - так не годится. Лучше заранее взвесить все, чтобы потом не раскаиваться...

– Не сомневайтесь, товарищ Азизбеков. Корзина в целости и сохранности будет доставлена на место!

Мешади протянул ему руку.

– Ну, будь здоров!
– и, крепко пожав широкую ладонь Ханлара, Азизбеков быстрым шагом направился к выходу. У фаэтона он украдкой оглянулся, не притаился ли тот вчерашний шпик где-нибудь за углом? Не собирается ли накрыть Азизбекова на "месте преступления"?

Азизбеков уселся рядом с Рашидом на высоком кожаном сиденье.

– Гони во весь дух!
– сказал он извозчику.

Лошади помчались. Как только заглох вдали дробный перестук подков, Ханлар взял тяжелую корзину и вышел из дому. Тетушка Селимназ проводила его до крыльца. Все так же висели на одной руке Ханлара брюки и пиджачок. Прокричав рокочущим басом: "Старые вещи покупаю!", он медленно обошел двор и размеренным шагом вышел на улицу.

Фаэтон давно скрылся. Кроме женщины в темной чадре да молодого краснощекого бездельника, который, стоя у ворот, беспечно насвистывал веселую мелодию, на улнце никого не было. Ханлар шел медленно, щупая острыми глазами все углы и подворотни.

В это время Мешади и Рашид мчались по шоссе. Не успели они выехать за город, как сзади показался другой фаэтон. Мешади торжествовал.

– Ага, едут черти, - шепнул он Рашиду и крикнул извозчику:

– Гони, племянник, не жалей лошадей!

Фаэтон преследователей летел как стрела. Рашид поднялся на ноги, глянул назад и взволнованно опустил руку на плечо извозчику.

– Послушай, Амиркули, как же так? Разве ты не лучший фаэтонщик в Баку? У тех - пара лошадей, а у нас две... А ведь они нас догоняют...

Амиркули чмокнул губами и резко щелкнул кнутом. Но дорога шла на подъем. Лоснящиеся бока лошадей потемнели от пота.

Азизбеков даже не сомневался, что позади едет полиция. Никто другой не стал бы в такой жаркий день гнать лошадей. Однако нельзя было позволить полицейским так скоро догнать себя. Он не сомневался, что им не избежать встречи с преследователями, но хотел, чтобы это произошло как можно дальше от города. Надо было выиграть время. Как только жандармы убедятся в том, что ничего запретного Азизбеков не везет в фаэтоне, они повернут, назад в город и примутся за розыски ушедшего с "опасным" грузом настоящего "преступника". Поэтому-то Азизбеков так торопил извозчика.

Уже и сам Амиркули часто оборачивался назад и смотрел на дорогу. Расстояние между двумя экипажами угрожающе сокращалось. Кнут Амиркули все чаще разрезал воздух и опускался на спины лошадей. Преодолев подъем и выехав на ровное место, лошади Амиркули пошли быстрее. На некоторое время второй фаэтон скрылся из глаз. В лица Мешади и Рашида, ударила плотная струя прохладного ветра.

– Вот это дело!
– похвалил Мешади извозчика.
– Если еще чуть прибавить ходу - наша возьмет!

Казалось, и лошади, почуяв погоню, рвались вперед, вздрагивая при каждом щелканье кнута. Но недолго проскакав, лошади устали и замедлили бег.