— Несколько часов, — ответил не отрываясь Хамуд.

— Все еще никаких признаков?

— Ничего. Ни звука, после тех выстрелов и криков.

Бхаджат очень осторожно слезла со стола и встала на ноги. Когда гравитация немного изменилась, их троих разбросало по помещению. Ходить стало трудно; обыкновенный шаг имел склонность подбрасывать тебя к потолку.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила его Бхаджат.

— У меня лихорадка, — хмыкнул Хамуд. — Но не серьезная. Я посильнее большинства… даже посильнее нашего великана.

— Наверное, он убил Дэвида.

— Нет. Дэвид убил его. Вопил-то великан, а не твой драгоценный Дэвид.

— Что будем делать? — спросила, прислонившись к столу Бхаджат. Она чувствовала себя слишком слабой, чтобы отходить далеко.

— У тебя есть пистолет, так ведь?

Бхаджат кивнула и положила руку на кобуру у нее на талии.

— Ну? — настаивал Хамуд.

— Да, есть, — ответила она, сообразив, что он не смотрит на нее.

Он медленно, осторожно поднялся на ноги, словно хрупкий старик.

— Я намерен выйти и найти блондина. Какой бы там болезнью он нас не заразил, меня она поразила не так сильно, как других. Я найду его и приведу сюда.

— Живым, — добавила Бхаджат.

Губы Хамуда дернулись в мимолетной улыбке.

— Если возможно.

— Иначе мы умрем.

— Стереги англичанку. Возможно она еще принесет нам пользу, коль скоро я захвачу его.

Бхаджат снова кивнула, хотя в голове у нее из-за этого загремело от боли. Хамуд шагнул к двери и вышел на узкий мостик. Держась одной рукой за перила, а другой сжимая пистолет, он медленно двинулся по металлической дорожке.

Эвелин открыла глаза.

— Он ушел? — прошептала она.

Удивленная Бхаджат посмотрела на нее.

— Да, — подтвердила она.

— Нам надо убраться от него подальше, — хрипло прошептала Эвелин. Она приподнялась на локте.

— Но как? — спросила Бхаджат. — Люк шлюза заперт и не откроется. Мы не можем связаться по радио с остальной колонией.

Эвелин села, зажмурившись от боли из-за этого усилия.

— Дэвид… он замуровал нас здесь, не так ли?

— Да.

— Тогда нам надо пробраться к нему — пока Хамуд не нашел и не убил его. Дэвид наша единственная надежда…

— Нет, — голос Бхаджат отвердел. — Мы останемся здесь.

— Чтобы вы могли угрожать убить меня, если Дэвид не сдастся вам?

— Именно.

Эвелин начала было смеяться, но смех кончился кашлем. Откашлявшись она с трудом произнесла:

— Хамуд пригрозил убить не меня. Тебя.

Бхаджат медленно покачала головой.

— Поверь мне, — сказала Эвелин. — Он уже это проделал. Он пригрозил изрезать тебя на куски… Вот потому-то Дэвид и сказал ему, где прячется.

— Лжешь, — не поверила Бхаджат.

— За кого Дэвид больше волнуется, за тебя или за меня?

— Это не имеет значения.

Эвелин с трудом встала на ноги. Следя за ней Бхаджат положила руку на рукоять пистолета.

— Ну и дура же ты, черт возьми. — Эвелин стояла чуть покачиваясь. — Дэвид любит тебя. А Хамуду лучше быть мертвым.

— Ты хотела бы уничтожить ПРОН, так ведь? — отпарировала Бхаджат. — Это было бы самой большой сенсацией, какую можно вообразить.

— Не будь глупой. Вы уже сами себя уничтожили. Когда вы были кучкой выскакивавших то тут, то там глупых романтичных повстанцев, ни у кого не возникало достаточно сильного стремления прихлопнуть вас. Но теперь вы ужаснули весь мир и мир вас раздавит. Вы стали слишком сильны, слишком удачливы.

— Разве?

— Конечно. Это вы — Шахерезада, Хамуд т Лео — толкнули Освободителя в объятия Всемирного Правительства. Неужели ты этого не видишь? Каждое ваше действие вызывало противодействие, равное по силе и противоположное по направлению.

— Но мы взяли «Остров номер 1».

— Ненадолго, не так ли? Дэвид отнимет его у вас. Он, знаешь ли, обставит там Хамуда. Почему, по-твоему, он оставался тут и ждал, пока мы явимся к нему? Если он смог обставить Лео, то легко обставит Хамуда.

Глаза Бхаджат вспыхнули. А затем она метнулась к двери двумя длинными кошачьими прыжками.

И дважды выстрелила в воздух из пистолета. Грохот отразился эхом с изогнутых стен модуля и путаных джунглей оборудования под ними.

— Хамуд! — закричала по-арабски Бхаджат. — Вернись! Вернись!

Эвелин выглянула в окно. Все верно, из-за металлического цилиндра появилась темная коренастая фигура Хамуда. Ушел он безусловно недалеко, подумала она.

— Вернись! — позвала его Бхаджат. — Быстро!

— Ты дура, — бросила ей Эвелин. — Он убьет вас обоих, чтобы получить то, чего хочет.