Вот тогда-то и началась на земле Ширвана "геологическая" биография Васифа. Война помешала... С какой жадностью он вернулся сюда в сорок пятом, еще в армейских сапогах, в гимнастерке. Однажды - он часто потом вспоминал об этой встрече - они как раз готовились к бурению разведочных скважин. С рюкзаком за плечами Васиф возвращался с участка, куда вот-вот должны были подвезти оборудование. Где-то за холмом пела свирель, лениво тявкали собаки. Васиф поднялся на пригорок и увидел стадо овец. Под тенью чахлого куста отдыхал чабан, - это он выводил грустную и какую-то бескрайную, как сама степь, мелодию.

Васиф спустился с пригорка и направился к пастуху. Чабан улыбнулся, привстав навстречу, и -Васифа поразили его зубы - крепкие, один к одному, как на рекламе лучшего зубного порошка. Темное лицо все в глубоких морщинах - лицо старого, выросшего под степным солнцем человека.

– Здравствуй, отец!

Глаза чабана с живым интересом обшарили Васифа. Он подвинулся, уступая кусочек тени.

– Добро пожаловать. Почему я тебя раньше никогда не встречал? В этих местах нет человека, чей отец или дед был бы мне неизвестен. Ты, наверное, приезжий?

– Верно. Из Баку я.

– Из Баку? Вот оно что!
– В глазах его вспыхнуло беспокойство.
– Зачем пожаловал? К добру ли?

– К добру, думаю, - серьезно ответил Васиф.
– Геолог я. Нефть здесь ищем.

– Вон оно что! Так бы и сказал сразу. Нефть, значит, ищешь... Я уже знаю, вы здесь землю дырявите, трубы опускаете. Сын говорил. Недавно из армии вернулся. К вам на работу тянется. Как, по-твоему, хорошо это?
– Он придвинулся ближе к Васифу, заглянул в лицо.
– Прадеды наши и деды от земли кормились. Отары пасли. А он на сторону идет. К добру ли? Кто знает о нефти? Кто видел эту вашу нефть? Труд сына пропадет даром.

– Есть, отец, нефть. Точно есть.

– Э-э-э - Увидеть мазут еще не все. Чего много слов на ветер бросать. Я помню, еще во времена Николая к одному хозяину пришел человек, назвал себя инженером...
– Старик долго раскуривал трубку. Когда он втягивал воздух запавшими щеками, резче обозначались широкие скулы, темные впадины висков. Наконец он выдохнул густую струю дыма, удовлетворенно зажмурился.
– Пришел, значит, и говорит: под твоим хлебным полем море нефти. Целая гора денег бери сколько хочешь. Буровую только надо поставить. Ну, хозяин чуть не спятил от радости. Дал деньги. А инженер пробурил метров десять, привез тайком нефть в мехах, слил в скважину. Хозяин увидел, совсем потерял голову. Четыре барана зарезал, пир устроил. А инженер - никакой он не инженер был мошенник, еще денег просит. Хозяин последнее не пожалел, отдал. А тот, не будь дурак, взял деньги и скрылся. Был такой случай у нас, был.
– Старик выбил трубку, сказал глуховато: - Ты не думай, что тебя обидеть хочу. Просто к слову пришлось. А в общем, честно сказать, не верю я... Шума много, а толку на медяк.

– Как вам объяснить? Есть наука... Люди, которые научились видеть далеко под землей.

– Вон оно что!
– Старик зацокал языком, покачал головой.
– Я слышал, что есть люди, которые знают и то, что делается на небе. Но они хоть видят небо, луну, звезды... А как можно видеть, что делается там, под землей?
– Он ткнул трубкой себе под ноги.
– Не верится что-то... Помню, я был еще мальчишкой, на верблюдах привезли сюда в степь всякие машины. Ковыряли бедную землю, да так и ушли ни с чем. А это знаешь сколько денег стоит, везти на верблюдах инструменты?!

– Время идет. Неглубокие скважины нам для опытов нужны были. Сейчас глубокие начнем бурить. Есть здесь нефть, есть. Через несколько лет не узнать будет этих мест. Город вырастет.

– Дай бог!
– Старик тяжело вздохнул, что-то буркнул приткнувшейся у ног собаке, и она, вильнув хвостом, послушно затрусила по полю, с лаем сгоняя отбившихся от отары овец.
– Сын вот вернулся из армии, Поспорили мы с ним вчера. Я сказал, смотри, не найдешь нефть - ничего не получишь к свадьбе. А будет нефть - большой шашлык за мной. Сколько хочешь гостей зови! Так я ему сказал.

– Ну, можете уже сейчас баранов откармливать. Выиграет сын.

– Дай бог.

– Конечно, дай бог, как говорится. Но Ширванскую равнину изменят люди. Знаменитое место будет.

Упрямая уверенность Васифа удивила чабана. Он не по возрасту легко поднялся, сдвинул на брови папаху.

– Эх, дорогой мой... О чем говоришь?.. Одни ядовитые змеи живут здесь. Мы привычные, а ты смотри берегись.

Он вытащил из хурджина большую пиалу и пошел к овцам. Васиф смотрел ему в спину, уже тяжеловатую, но все еще прямую, смотрел и представлял, как ловко еще вскакивает он в седло, как пружинисто, ровно пройдет при случае десятки километров и этими вот большими, жилистыми руками помогает овцам при окоте. Чабан скоро вернулся, протянул пиалу Васифу:

– Пей, сынок. Вы там в городе привыкли к кипяченому. Сырое молоко полезнее.

Васиф приник к чаше, да так и не оторвался до последнего глотка.

– Спасибо. И правда, вкусное у вас молоко. Ничего, здесь и нефть будет отличная. Вот увидите.

Пастух покачал головой, но спорить не стал.

– Хорошо говоришь ты. Но... пока нефтью и не пахнет, а ты уже прибыль считаешь.

– Поверь, отец, не зря считаю. Многие тайны этой земли мы уже разгадали. Вулканы начали исследовать. Особенно нас интересует Гыздаг.