— Ладно, молчу. Может быть, она безупречна.

— Это не твоя забота. Так ты дашь мне хоть кофе, младшенький? — безнадежно уточнил Андрей. — Взбодриться надо.

— Не раньше, чем ты примешь душ, причем с мылом. Провонял мне уже всю кухню.

— Ну ты и зануда! — рассердился Андрей. — Хорошо, я вымоюсь…

Он ушел, шипя что-то вполголоса.

Игорь быстро дожевал свой завтрак и полез в холодильник за колбасой и паштетом. Игорю всегда после благополучно завершившейся ссоры хотелось чем-нибудь угодить брату… Вдруг в дальнем конце квартиры раздался короткий, но громкий вскрик, потом скрип, а затем что-то откуда-то посыпалось. Безошибочно определив, что звуки выходят из ванной, Игорь бросился туда. Дверь оказалась закрытой изнутри.

— Андрей, что там у тебя?

Брат ничего не ответил.

Игорь нетерпеливо постучал и прислушался.

Из-за двери ему почудился хриплый стон. Тогда Игорь, вцепившись в ручку, резко дернул дверь на себя и встряхнул ее. Защелка открылась, и Игорь вошел в ванную.

Там повсюду валялись всякие туалетные принадлежности, тюбики, баночки, пластиковые флаконы. Андрей лежал на боку посреди этого беспорядка, поджав ноги и стиснув руки у груди.

— Андрюшка, что с тобой?! — Игорь подбежал к брату, наклонился и попытался помочь ему встать на ноги.

Но такая помощь была бесполезной. Тело Андрея словно окаменело, сведенное странной судорогой.

Игорь присел рядом и с трудом, словно ворочая гранитный валун, перевернул Андрея, вгляделся в его лицо. По вискам Андрея стекали капли пота, он часто неровно дышал, закатив глаза так, что видны были только яркие белки.

— Андрюша, ты что, а? — Игорь не на шутку испугался. До сих пор медицинская помощь, в которой время от времени нуждался Андрей, заключалась в основном в лечении ссадин и преодолении похмелья.

— Андрей, что такое? С сердцем плохо?

Брат лишь промычал что-то.

Что делать со странным приступом Игорь совершенно не представлял. Оля вбежала в ванную и остановилась, задумчиво глядя на братьев.

— Оля, помоги мне!.. — взмолился Игорь.

Она не особо поспешно подошла и присела.

— Не волнуйся, — спокойно сказала она. — Это сейчас пройдет.

Игорь попробовал разжать стиснутые руки Андрея, но они не собирались разжиматься… И вдруг тело Андрея вздрогнуло и расслабилось. Упали на пол руки, выпрямились ноги, голова тяжело свалилась на грудь, губы раскрылись…

— Я же говорила, это пройдет… — заметила Оля.

Игорь уже готов был перевести дух, но и в новой позе брата было что-то неприятно пугающее.

Оля деловито взяла Андрея за руку и долго держала ее, то и дело перемещая пальцы. Наконец она изумленно взглянула на Игоря:

— Пульса нет…

Игорь рванулся к телефону.

Стерко стоял на коленях, скорчившись, и боялся даже головой встряхнуть. Каждое движение вызывало тошноту и дикую пляску разноцветных огней перед глазами.

Оказавшиеся на удивление твердыми и сильными руки маленького руада поддерживали его, не давая упасть, и Стерко, чувствуя внутреннее сопротивление, все же отдался этим рукам.

— Как же так, защитник? Разве можно быть столь неосторожным? — укоризненно проговорил Л'Шасс, подхватывая обмякшее тело Стерко и переворачивая его на спину. — Что вы наделали?!

— А что я наделал? — скрипнул зубами Стерко.

— Вы убили его.

— Кого? — изумился Стерко.

— Андрея Качурина.

Стерко изо всех сил, до боли, зажмурился, и когда перламутровые узоры перед глазами все же рассосались, открыл глаза и уставился на взволнованного руада.

— Ну что? — неласково уточнил Л'Шасс. — Может быть, вы забыли, кто такой Качурин?

— Хотел бы я забыть… — Стерко приподнялся и с опаской встряхнул головой. Результат оказался малоприятным, но уже вполне терпимым. Поэтому Стерко решительно встал на ноги.

Л'Шасс остался сидеть, глядя на хаварра снизу вверх с осуждением и крайним беспокойством.

— Ты хорошо видел, что произошло? — спросил его Стерко.

— Конечно, — отозвался руад.

— Ну и?

— Мы удачно вскрыли проход. Качурин оказался там один и очень близко. Вы, Стерко, поставили браслет на проникающий режим…

— Л'Шасс, я тебя все-таки убью! — вскипел Стерко. — Память я еще не потерял! Ты мне о том говори, чего я уже не видел!

— Да не о чем тут говорить! — руад вдруг вскочил с возмущенным криком.

Хотя звуки языка хаварров давались Л'Шассу куда труднее, чем более приемлемая для руадов человеческая речь, Л'Шасс бойко и довольно разборчиво затараторил:

— Как вы могли совершить такую ошибку, Стерко? С чего вы взяли вчера, что у Качурина есть проникающее поле? Если бы оно у него было, он легко отреагировал бы, и уж во всяком случае, браслет не причинил бы ему вреда! Но импульс убил его на месте, а вам досталось отраженная порция… У него никогда не было поля! Здесь нужно было открывать стандартный проход! Неужели у вас не было в запасе лишней пары минут на то, чтобы подстраховаться?.. Что теперь говорить об этом? Этот человек мертв!