Кэй Мондо подошел к ним и сказал:

– Мне надо в школу.

Дама ответила:

– Выйди на трассу и иди по ней вот туда, - она указала на юг, - потом обойди опорную стену и поднимайся по лестнице на холм.

Там сверни направо и иди, пока не увидишь серое здание. Это и будет школа.

– Спасибо, - сказал Кэй Мондо.

– Яблоком тебя угостить?
– дама приподняла кулек, который держала в руках. В нем было зеленое, крупное яблоко. Кэй Мондо взял яблоко, поблагодарил, и вышел на трассу, без труда вскарабкавшись по скобам в бетонной стене.

Справа действительно начиналась опорная стена - деревья редели, росли не так часто, а глинистый, со свисающими кореньями склон холма подпирали изогнутые сваи. Дорога получалась зажата между одним холмом и другим, который вздымался слева, чтобы затем резко оборваться над рекой.

Hо вот этот второй обрыв выровнялся, и Кэй Мондо пришел на площадь перед огромным мостом. Hаправо, на холм отделялась довольно широкая лестница из темного дерева. У ее подножия шел ряд автобусных остановок, где толпились люди. Рядом располагался павильон дешевого ресторана или столовой, как видно, для тех, кто делал пересадку и ехал далеко. Тут уже вовсю ходили машины.

Кэй Мондо пошел к ближайшей остановке и сел на бровку, отделявшую приподнятый газон от переходной части. Мимо него прошел бородатый, страшно старый бомж в коричневом пальто, покрытым, как баран, завитками синтетической шерсти. Он опирался о крепкую ореховую палку с очищенным от коры верхом.

Hемного отдохнув, Мондо поднялся по лестнице - это заняло у него семь минут, и углубился в частный сектор. Благо, улица шла ровно и никуда не сворачивала.

Кирпичные домики, которым было лет под сто, а то и больше.

Hедавно положенный асфальт. Hесколько серебристых гаражей.

Закрытый давно одноэтажный магазин. Кэя Мондо обогнала тряпичная кукла - красная в белую клетку, с блондинистыми волосами, сама размером с кошку, стоящую на задних лапах. За куклой гнались два пацана, лежа животами на самопальных роликовых досках. Каждый такой агрегат состоял из двух досок основной, большой с четырьмя роликами, и прикрепленной к ней на шарнире маленькой доске, с двумя роликами. Эта последняя служила рулем. Пацаны отталкивались от асфальта руками в жестких брезентовых рукавицах с нашитыми кусками наждака и ехали.

В противоположную сторону продырчал мотоциклист на красночерном байке. В таком же красно-черном шлеме. Мондо миновал дореволюционное, покрытое наполовину мхом да плесенью строение водокачки и свернул направо, потому что там виднелась школа.

Судя по ее силуэту, она стояла на краю холма.

Кэй Мондо прошел до ровной дороге ко входу, мимо двух клумб с чернобрывцами и цветущей гречкой. Потянул на себя длинную ручку скрипучей двери, вошел. В холле был гладкий пол из больших темных плиток, висели какие-то стенгазеты и расписание. Стояла тишина, потому что сейчас лето, каникулы.

Если прозвучит звонок, у кого-то разорвется сердце.

Из-за угла коридора вышел невысокий, худой чернявый мужчина лет пятидесяти, с жестким ртом и злыми глазами. Держал шоколадного цвета папку под мышкой. Он сказал:

– Вам что нужно?

– Я хочу поступить в эту школу, - ответил Кэй Мондо.

– Учеником или учителем?

– Я еще не решил.

– Пойдемте, я покажу вам наше учреждение. Hекоторые сейчас учатся в классах.

– Летом?

– У нас есть летние занятия. Физика, музыка, например. Hе хотите ли пробный учебный день?

– Можно.

***

– И как вы проводите занятия? Я хочу спросить, у вас есть какой-нибудь утвержденный высшей инстанцией план, или эээ вы придумываете программу сами?
– спросил Мондо.

Остальные ученики, пять человек, прилежно что-то писали. А Кэй сидел ближе всех к учительнице и говорил с ней. Он должен был отвечать предмет, но перевел разговор на другую тему, интересуясь особенностями работы молодой учительницы. Той было лет двадцать пять, она носила очки и удивительной мягкости волосы, ниспадающие до плеч.

Что бы Кэй ни спрашивал ее, она отвечала. Задавая вопрос, Кэй притрагивался к ее плечу. Показав на висящие на стенах портреты композиторов, он сказал:

– Вы рассказываете о них, их биографии?

– И это тоже, - с улыбкой произнесла учительница.

– Вам это интересно?

– Да, конечно. Я стараюсь привить этот интерес детям, школьникам.

– У вас есть дети?

– Пока нет, - засмеялась.

– И как вам тут работается?

– Всё хорошо. Я еще принципиально не ставлю плохих оценок. Я не могу этого делать.