— Том, — ответил ему Анджело, — точных слов я не помню, но кто-то сказал, что товар будет продаваться только в одном случае: если продавец верит в то, что он нужен, и может убедить покупателей, что без этого товара им не обойтись.

— Мы рассматриваем очень серьезный вопрос, — внесла свою лепту Роберта. — Что ты скажешь, Анджело, если отложим решение на шесть месяцев, пока ты будешь отрабатывать технологические процессы и уточнять общую концепцию электромобиля?

— На шесть месяцев я согласен, — кивнул Анджело. — При двух условиях. Во-первых, мы продолжаем финансировать научно-исследовательские работы по созданию электромобиля. Во-вторых, все должны понимать, что я все равно его построю, с «ХВ» или без оной. Если совет директоров решит отказаться от создания электромобиля, я подам в отставку и займусь его производством самостоятельно.

— Результаты исследовательских работ будут принадлежать компании, — вставил Лорен. Анджело покачал головой.

— Если вы отвергнете мои предложения, я буду использовать эти результаты по своему усмотрению. Другими словами, Лорен, за «ХВ» остается право первого отказа.

За несколько секунд до того, как «лирджет» компании вырулил со стоянки, к трапу подкатил автомобиль, и еще один человек быстренько взбежал по ступенькам, прежде чем наблюдающие за самолетом смогли разглядеть, кто это мог быть.

В самолет буквально на ходу вскочила Бетси. По пути в Уэстчестер предполагалась посадка в Бостоне. Анджело уже предупредил первого и второго пилотов, что во время полета вход в салон воспрещен.

Самолет еще не оторвался от земли, а Бетси уже разделась догола.

— Скажи им, пусть летят помедленнее, — прошептала она. — Полутора часов не хватит, чтобы вручить тебе подарок на день рождения.

Не просто день рождения, а юбилей. Ему исполнилось шестьдесят. Пока она раздевалась, он открыл бутылку «Дом Периньон», что стояла в ведерке со льдом. Закуску составляла черная икра. Бетси знала, что в Гринвиче Анджело ждут торжестве иная встреча и праздничный обед, но изыскала возможность побыть с Анджело вдвоем.

— Скорее раздевайся. Времени у нас в обрез. — Они быстро выпили шампанское, закусили икрой и расположились на кушетке.

— Я не могу подарить тебе то, что хотела бы. Автомобиль, яхту. Даже часы, и те не могу. Синди — прекрасная женщина, но она не потерпит... Ладно, не будем об этом. Подарок я тебе все равно сделаю. Расслабься.

— Бетси...

Она начала вылизывать мошонку, посасывать каждое яичко в отдельности, затем перешла к фаллосу.

— Ты знаешь, что я тебя люблю, — прошептала она. — И по-другому не будет.

— Я тоже люблю тебя, Бетси. Святой Боже, я...

— Сэр... — раздался холодный, металлический голос из динамика громкой связи. — Извините, сэр, но вас просят к телефону. Звонят из Англии.

Бетси схватила трубку.

— Кто...

Тут ее глаза наполнились слезами, и она молча протянула трубку Анджело.

— Папа? Это Джон, — раздался детский голос. — Поздравляю с днем рождения!

На мгновение Анджело потерял дар речи.

— Как я рад, что ты позвонил.

— У нас уже очень поздно. Сначала я позвонил тебе домой. Миссис Синди дала няне этот номер, сказав, что я смогу связаться с тобой во время полета. Ты действительно в самолете, папа?

— Да, сынок. Летим из Детройта в Бостон. Твоя мама рядом. Из Бостона она вылетает в Лондон и уже завтра будет дома.

Бетси плакала. Анджело с трудом сдерживался.

— Я очень хотел поздравить тебя. Я знаю, что тебе шестьдесят. Это очень хорош и и возраст. Счастья тебе и здоровья, папа!

— Спасибо, Джон. Как хорошо, что ты позвонил. Я знаю, ты звонишь, потому что любишь меня, а я люблю тебя. Очень люблю.

— Я люблю тебя, папа. Когда я тебя увижу?

— Скоро я буду в Лондоне. А летом мы походим под парусом в Штатах.

— Отлично! Няня говорит, что такие звонки очень дорого стоят. Спокойной ночи. У нас тут уже поздно. Няне пришлось разбудить меня. Спокойной ночи, папа.

— Спокойной ночи, Джон. Щеки Анджело подозрительно блестели, когда он вешал телефонную трубку. Бетси все еще плакала.

— Клянусь тебе, моего участия в этом нет. Он потянулся к ней, обнял.

— Жаль. Этот разговор для меня — лучший подарок.

— Лучше моего, — прошептала она и вздохнула. — Что ж, давай закончим начатое. Он страстно поцеловал ее...

Я вот думаю, не пора ли мне встретиться с Франсуа Декомбом. — Роберт Карпентер тепло улыбнулся Синди. — Если я куплю еще одну скульптуру, не стану ли я обладателем самой большой частной коллекции его творений?

— У вас будет их три, — ответила Синди. — У одного человека в Париже их уже пять. Но вы станете одним из самых активных почитателей его таланта. Если хотите слетать в Квебек, я могу позвонить Декомбу и предупредить о вашем приезде.