Остервенело рыча, лейтенант прыгнул через стол и попытался ударить капитана скованными руками.

— На помощь! На помощь! — завопил тот, отскакивая к стене.

Дверь распахнулась, внутрь, размахивая дубинками, ворвались надзиратели, Вантерпул вздрогнул от прошедшего по его телу парализующего разряда, и затих на столе.

— Этих козлов тоже успокоить? — кровожадно ухмыляясь, спросил щетинистый надзиратель.

— Не надо, — капитан поправил воротник. — Этого вытащите в коридор, а с ними я еще побеседую.

Надзиратели ухватили Вантерпула и, кряхтя, уволокли. Хлопнула закрывшаяся за ними дверь.

— Ваш лейтенант, похоже, спятил, — капитан сел на место. — Вы, господин Кузнецов, что-нибудь можете добавить к рассказу вашего сослуживца?

— Сомий хвост, я удивлен, почему мы все не рехнулись, — сказал Роберт. — Добавить мне нечего.

— Понятно, — капитан кивнул. — А зачем вы вывели из строя навигационный блок портала? На восстановление его работоспособности уйдет несколько недель.

— Вы так и не поняли? — Роберт вздохнул. — Если бы портал работал, то вооруженные здоровенными пушками «уроды» в серой броне давно разгуливали бы по Эброну. Не вздумайте ремонтировать его! Я не знаю, что за существа появились на Халикте, но они опасны! Очень опасны!

— Ваши слова будут зафиксированы в протоколе допроса, — капитан холодно кивнул и крикнул. — Эй, забирайте их!

Роберт с трудом сдержал желание вскочить, стукнуть кулаком по столу и заорать что-нибудь.

Он прекрасно понимал, что рассказ о случившемся на Халикте выглядит дико и что поверит в него лишь тот, кто собственными глазами увидит новых хозяев планеты с сиреневым небом.

— Господин капитан, — сказал он, не обращая внимания на руку надзирателя на плече. — У нас в камере есть раненые, им нужен врач… Кроме того, хотелось бы поесть.

— Я обо всем позабочусь, — капитан, вновь ставший до ужаса самодовольным, дернул подбородком. — Уведите их!

В коридоре соратников дожидался отошедший от парализующего шока Вантерпул.

— Ну что, не поверил? — спросил он, еле шевеля губами.

— Нет, — кивнул Капранович.

До камеры все трое шли, низко опустив головы.

Выйдя из полутемного коридора в залитый солнечным светом тюремный двор, Роберт зажмурился и невольно замедлил шаг.

— Не стоять, не стоять! — грубо толкнули его в спину.

В камере они просидели чуть меньше местных суток, составляющих двадцать земных часов. Капитан слово сдержал — вскоре после допроса пришел врач, осмотрел и обработал раны, а сошедшему с ума сержанту вкатил дозу успокоительного.

После ухода доктора принесли обед, а еще примерно через час в камеру явились чуть ли не все надзиратели маленькой тюрьмы. На задержанных нацепили наручники, и повели куда-то.

Проморгавшись, Роберт обнаружил, что их загоняют в здоровенный автобус, раскрашенный черными и желтыми полосами, и поэтому напоминающий непомерно разжиревшую пчелу.

На окнах красовались решетки, а на месте водителя сидел мрачный толстый негр.

— Куда нас хоть повезут? — спросил Роберт у щетинистого надзирателя.

— На Землю, — ответил тот, сплюнув. — Ради вас, козлы, такие расходы несем — никакого бюджета не хватит…

Внутри автобуса воняло закисшим потом, салон из-за разгораживающих его решеток походил на миниатюрный зоопарк. Между отсеками имелись запирающиеся двери, а внутри каждого стояло по нескольку жестких сидений с подлокотниками.

— Так, парни, рассаживайтесь, рассаживайтесь, — приговаривал стоящий у двери высокий и широкоплечий полицейский. — Вы сами из наших, должны понимать… Чем быстрее поедем, тем быстрее вы из этой вонючей лоханки выберетесь. Так, а этот что, ходить не может?

Последняя фраза относилась к сержанту, которого волокли двое товарищей по несчастью.

— У него вроде как крыша поехала, — сказал один из надзирателей. — Наш док его и успокоил…

— Понятно, — широкоплечий на мгновение задумался, потом указал на пустой отсек за кабиной водителя. — Тащите его туда, парни, и сами садитесь рядом.

— Что дальше будет? — жалобно вздохнул Крауч, опускаясь на место рядом с окном.

— Не знаю, — ответил Роберт. — Нас, скорее всего, отпустят, когда эти ребята с Халикта полезут сюда… А что будет вообще? Война, наверное… Не нравится мне это все.

Когда автобус сдвинулся с места, Крауч, отвернувшийся к окну, тихо заплакал.

За окнами мелькали аккуратные домики в окружении зеленых палисадников, парки с усыпанными песком дорожками. Прохожие с удивлением поглядывали на автобус с решетками на окнах.