— Никак за нами, — проговорил Крауч, в глазах его блеснула надежда. — Может, выпустят?

— И не надейся, — ответил Роберт.

В тюрьму ближайшего к порталу города вернувшихся с Халикта полицейских привезли вчера, и в камере они провели ночь и утро.

Спать было почти невозможно. Раненые бредили, рехнувшийся сержант из третьей роты орал и выл до тех пор, пока его не оглушили. По стенам и по людям ползали многоногие твари, заменяющие на Эброне тараканов, от санитарного блока исходила резкая вонь.

Кормить задержанных не собирались, похоже, вовсе.

В открывшуюся дверь первым шагнул один из тюремных надзирателей с дубинкой разрядника в руке, за ним еще один, и только затем внутрь отважился заглянуть круглолицый тип в капитанском мундире.

Вид у него был настолько самодовольный, что у Роберта мгновенно зачесались кулаки.

— Таааак, — сказал капитан, — и кооого мы дооопросим сегодняяяя?

Говорил он, манерно поджимая губы, и при этом кивал головой из стороны в сторону.

— Аааааа! — взвыл сумасшедший сержант. — Это ты, тварь? А ну иди сюда, я подпалю тебе бороду!

Капитан вздрогнул, поспешно ткнул рукой в Роберта.

— Вот этого, — сказал он. — И еще двоих сами выберете. Из тех, что выглядят почище!

— Будет исполнено, господин… — не успел надзиратель докончить фразы, как офицер оказался за дверью.

— Поднимайся, — сказал второй, поманив Роберта пальцем. — Так, а еще с нами пойдут…

Выбор пал на лейтенанта Вантерпула и одного парня из первой роты, чьего имени Роберт не знал. На них нацепили наручники и вывели из камеры в длинный, плохо освещенный коридор.

Роберт с наслаждением глотнул хоть чуточку более свежего воздуха.

Закончился коридор выходом на лестницу, а подъем по ней — дверью с надписью «Комната для допросов».

— Не вздумайте выпендряться, козлы, — сказал, открывая ее, один из надзирателей, низкорослый и щетинистый, с маленькими заплывшими глазками. — Тут вам не Земля. Кто не будет вести себя смирно — запросто отправится на корм свиньям.

Внутри ждал, устроившись за столом, капитан.

— Сааадитесь, — сказал он, указывая на привинченную к полу лавку, достаточно длинную, чтобы на ней уселись пятеро.

Роберт сел последним, ощутил холодный пластик сквозь ткань штанов.

— Ваши имена? — перейдя непосредственно к допросу, капитан заговорил нормально.

Вантерпул молчал, с отрешенным видом глядя в стену, и Роберт заговорил вперед начальства:

— Роберт Кузнецов, рядовой полицейского полка специального назначения. Место базирования — Пекин, Земля.

— Бора Капранович, — удивленно глянув на сослуживца, назвался парень из первой роты.

Вантерпул продолжал молчать.

— А ты что, язык проглотил? — рыкнул капитан.

— Это наш лейтенант, — сказал Роберт. — Джеймс Вантерпул.

— Ладно, — капитан нахмурился, без особого успеха попытавшись изобразить суровый взгляд. — Я хочу услышать рассказ о том, что с вами случилось на Халикте. Четкий, последовательный и лишенный эмоций. Полицейские, вас задержавшие, сообщили о том, что вы пытались сопротивляться и выкрикивали странные вещи… Не стоит их повторять.

Роберт и Капранович переглянулись, и боец из первой роты заговорил:

— Мы, как вы знаете, сопровождали на Халикт специальную комиссию по делам колоний…

— Да, — капитан скривился, точно вегетарианец при виде истекающего кровью бифштекса.

Капранович говорил и с каждой его фразой Роберт ощущал, что глубже и глубже проваливается в воспоминания, возвращаясь к тому моменту, когда вокруг гибли соратники, а он испытывал чудовищное ощущение собственного бессилия и противный, липкий страх…

Ни за что на свете Роберт не согласился бы пережить это снова.

— Подведем итог, — полный скепсиса голос капитана заставил его вернуться к настоящему. — Из вашего рассказа я понял, что на Халикте вас атаковали некие уроды, мало похожие на людей, и с помощью неизвестного оружия уничтожили весь ваш батальон, а также комиссию? И что все уцелевшие после этого боя, числом двадцать пять человек, находятся в нашей тюрьме?

— Так точно, — угрюмо кивнул Капранович.

— Но это же бред! — капитан покачал головой. — Товарообмен с Халиктом нарушился несколько месяцев назад, это правда, но никаких уродов там отродясь не было! Или вы приняли за них местных жителей?

— Бред? — спросил Вантерпул и расхохотался, хрипло и отчаянно. — Расскажи это тем парням, что остались там, под сиреневым небом этой проклятой планеты! Расскажи это моим мертвым друзьям, сука, и чтобы ты смог это сделать, я перегрызу тебе горло!