Кэмпбелл вздрогнул, когда заверещал мобильник. Наверное, Эд Листер. Номер на дисплее незнакомый — код 941 покрывает добрый кусок юго-запада Флориды; значит, из Сарасоты и Вениса прорываются кредиторы. Помешкав, Кэмпбелл отключил телефон, отер взмокший лоб и побрел обратно.

Местный риелтор поведала, что в доме почти все сохранилось в целости. Нынешние владельцы, пожилая нью-йоркская пара, купили поместье в начале девяностых, сочтя его хорошим помещением капитала, и уехали на Гавайи. Здесь они никогда не жили.

— Никто не знает их планов, — доверительно сообщила Херси Доддс, уверившись, что Кэмпбелл не намерен перевозить семью в Норфолк. — На продажу дом не выставлен и не сдается; он необитаем лет пятнадцать, сами знаете почему… Хотя кусок-то лакомый.

Вспомнилась библиотекарша Сьюзен Мэри: когда сыщик спросил, кто еще выяснял проезд к дому, она отмахнулась — так, один застройщик из Нью-Йорка, заинтересованный в покупке имения. Только оно не продается.

Сидя на крыльце, Кэмпбелл выдирал из лампасов репьи и размышлял над имевшимися вариантами. Залезть в дом ничего не стоит. Проблема в том, что о его визите знает половина города, включая жирного помощника шерифа. Тюремный срок за взлом и незаконное проникновение в жилище — по всей дороге висели уведомления о частном владении — вряд ли украсит его резюме.

С другой стороны, еще одного шанса может и не быть.

Где-то в глубине дома тихо скрипнули половицы. Сыщик замер, но скрип не повторился — видимо, дом потрескивал от жары или осадки. Кэмпбелл подумал о своих бедах: долг и громадная премия, которую посулил клиент. Выбора не было.

Сыщик осмотрел входную дверь; помнится, когда он искал скрытый доступ в виртуальный дом, то опробовал кошачий лаз. Слева на нижней панели он разглядел не замеченный прежде кусок крашеной фанерки, закрепленный гвоздиками. Присев на корточки, Кэмпбелл перочинным ножом отодрал заплатку и обнаружил кошачий портал в целости и сохранности.

Недовольно крякнув петлями, незапертая пластиковая дверца отошла внутрь, когда сыщик просунул руку в лаз, надеясь нашарить ключ. Затем рука нырнула по локоть, однако ничего не нашла.

Дабы увериться, что ключ не где-то сбоку, а решительно отсутствует, Кэмпбелл скрючился и, удерживая дверцу, заглянул в дырку. Сумрачная прихожая просматривалась чуть-чуть, но достаточно, чтобы заметить: толстый слой пыли на половицах кто-то потревожил, хотя не скажешь, как давно. Чьи-то следы шли от двери и обратно. Кэмпбелл изогнул шею, стараясь увидеть больше.

Внезапно он выпустил дверцу, та качнулась на петлях и замерла. Сыщик слышал лишь учащенный стук своего сердца.

Руки его чуть дрожали, когда он закрывал перочинный нож.

В левом краю ограниченного обзора Кэмпбелл увидел рыжеватые туристские ботинки… За дверью кто-то стоял.

Сыщик медленно попятился с крыльца и заставил себя идти, а не бежать к машине; кузнечики в траве смолкали, а потом вновь стрекотали вслед.

Он позволил себе оглянуться, лишь когда благополучно сел за руль, заблокировал двери и включил мотор.

— Что если я поеду с тобой? — услышал я за спиной голос Лоры.

Я оглядывал спальню, проверяя, не забыл ли чего.

— Со мной? — Это было так неожиданно, что я не сразу донял, о чем речь. — В смысле в Нью-Йорк? Сейчас?

От подъема по лестнице Лора слегка запыхалась. Я взял чемоданы и повернулся к ней, боясь увидеть ее глаза, которые скажут: я все знаю.

— Не пугайся так, — улыбнулась Лора.

— Да нет, только странно… Ты же не любишь делать все в последнюю минуту… То есть нет билета, и ты даже не собралась…

— Это мелочи. — Тон ее был неестественно весел.

Я уже вполне оправился и спокойно добавил:

— В принципе, это было бы здорово.

— Мы сто лет не были в Нью-Йорке.

— Да, но почему сейчас? Я буду очень занят.

— Просто я подумала, что смогу повидать Алису. Знаешь, меня совесть заела. Вот я бы ее и проведала, пока ты работаешь.

Алиса, старая миссис Филдинг, доводилась Лоре и Уиллу бабкой. Тщедушной и слегка выжившей из ума старухе было за восемьдесят, но она обладала упрямым независимым нравом, доставшимся от виргинских предков, и в относительном одиночестве проживала на Гудзоне в доме под названием «Ла-Рошель».

— Отличная мысль. Жаль, не сообразили раньше. Лора, мне пора, иначе опоздаю на самолет.

Одри достала билет на последний вечерний рейс, прибывавший в аэропорт Кеннеди. Оставалось меньше часа, чтобы добраться в Хитроу.

— О твоем отъезде я узнала всего час назад. — Лорина рука на перилах загораживала мне дорогу.

— Сделаем так в другой раз, обещаю.

Я пытался заглушить угрызения совести, но прекрасно понимал, что разрушаю доверие человека, с которым прожито двадцать три года.