Она посмотрела на Энтони и закатилась хохотом.

– Я тебя шокировала?

– Ну, знаешь… Тебе же было всего двенадцать!

Зара пожала плечами.

– В Италии рано начинают.

Она развернула жвачку и сунула ее за щеку. Несколько минут Энтони молча смотрел, как она жует.

– А что потом случилось?

– В смысле?

– Почему вы у них не остались?

Зара отвела глаза.

– Не остались, и все.

– Твоя мама поссорилась с этим итальянцем?

– Да не то чтобы… – Зара посмотрела по сторонам и понизила голос. – Флер надоело в Италии. Вот мы однажды ночью и слиняли.

– Как, просто взяли и уехали?

– Угу. Собрали вещички и айда.

Энтони напряженно думал.

– А вы… – Он сглотнул, потер подошвой о ступеньку. – Вы от нас-то не сбежите?

Наступило долгое молчание.

– Надеюсь, не сбежим, – наконец сказала Зара. – Очень сильно надеюсь.

Она сгорбилась, глядя вдаль.

– Хотя с Флер всякое может быть.

Флер сидела в баре гольф-клуба и смотрела, как вокруг толкутся участники соревнований и их жены: здороваются, подшучивают над спортивными успехами друг друга и тут же, прервав разговор на полуслове, с восторженным визгом приветствуют новоприбывших. Флер было здесь уютно как дома. Окружение напоминало ей детство, клуб экспатриантов в Дубае. Радостно визжащие суррейские дамы не слишком отличались от экспатриантских жен, собиравшихся кучками в баре – выпить джина, восхититься новыми туфельками своих приятельниц и вполголоса посудачить о начальниках своих мужей. Развеселые мужички с кружками пива в руках тоже очень напоминали деловых знакомых ее отца: преуспевающие, загорелые, подвинутые на конкуренции. В Дубае поля для гольфа были песочные, без травы – вот и вся разница. Флер выросла в этой атмосфере и чувствовала себя в ней как рыба в воде.

Чей-то голос перебил ее мысли.

– Флер!

Она оглянулась и увидела Филиппу. Та была одета в белый брючный костюм и напряженно смотрела на Флер – жутковато даже.

– Филиппа! – светским тоном воскликнула Флер. – Как я рада вас видеть! Ламберт участвует в Кубке?

– Да, участвует. – Филиппа принялась дергать замочек от молнии на своей сумочке. – А я хотела с вами поговорить.

– Очень хорошо. Только сперва я добуду вам что-нибудь выпить.

– Выпить! – загадочно вскрикнула Филиппа. – Боже, если бы вы знали! – Она уселась за столик и тяжело вздохнула. – Если бы вы знали…

– Да-да, – без особого азарта откликнулась Флер. – Вы пока посидите, а я мигом вернусь.

Возле стойки бара она наткнулась на Ламберта – он проталкивался мимо очереди.

– Привет, – буркнул он хмуро.

– Я пришла заказать что-нибудь для вашей жены, – пояснила Флер. – Или вы сами собирались?

Ламберт вздохнул.

– Что она хочет?

– Понятия не имею. Вероятно, белого вина. Или «Манхэттен».

– Пусть будет вино.

– Хорошо.

Флер бросила взгляд на Филиппу – та лихорадочно рылась в сумочке. Судя по покрасневшему носу, искала платок. Неужели тяжело потратиться на приличную пудру? Флер передернула плечами. Вдруг ей пришло в голову, что, если сейчас вернуться к столику, от Филиппы, пожалуй, не отвяжешься до самого обеда.

– Прекрасно, – протянула она. – Пойду поищу Ричарда, пожелаю ему удачи. Филиппа там, у окна.

Она дождалась ответного бурчания Ламберта и скользнула в толпу, упорно отворачивая голову от столика Филиппы, пока не выбралась из бара.

На крыльце она увидела Ричарда, Энтони и Зару.

– Все готовы? – весело спросила Флер. – Кто играет первым?

– Папа, – сказал Энтони, – я почти сразу после него.

– Мы почти сразу после него, – поправила Зара. – Я кэдди – буду таскать клюшки за Энтони. И подсказывать, которую клюшку взять – большую или маленькую.

– Ага, точно, – хмыкнул Энтони. – Ты даже не знаешь, какая клюшка как называется.

– Нет, знаю!

Ричард поймал взгляд Флер и улыбнулся.

– А вечером устроим праздничный ужин.

– Может, еще нечего будет праздновать, – протянул Энтони.

– Надеюсь, что будет! – возразил Ричард.

– Я тоже надеюсь, – сказала Зара, глядя на Энтони. – Зачем мне какой-то лузер?

Флер засмеялась.

– Молодец! Так и надо!

– Ладно, – промолвил Ричард, – мне пора.

– А это кто? – перебил Энтони. – Вон тот тип. Он нам машет.

– Где? – спросила Флер.

– Сейчас вошел в ворота. Я его не знаю.

– Он член клуба? – спросил Ричард.

Все обернулись, щурясь против солнца. Человек у ворот был загорелый, с волосами цвета лесного ореха, двигался легко и быстро. Одетый в безупречный костюм из светлого льна, он с легкой жалостью смотрел на розовые бриджи шедшей впереди дамы. Вот он поднял голову и снова помахал им рукой. Флер и Зара дружно ахнули. В следующую секунду Зара с ликующим воплем бросилась к нему навстречу.

– Это еще кто такой? – воскликнул Ричард, глядя, как неизвестный обнимает Зару. – Ваш близкий знакомый?

– Глазам не верю, – слабым голосом проговорила Флер. – Джонни!..

– Надо мне было позвонить, – сказала Флер, свесив ноги с поросшего травой обрывчика, на краю которого сидели они с Джонни.

Вдали виднелась восемнадцатая лунка; человек в красной рубашке готовился пробить по мячу.

– Прости, я думала, ты все еще сердишься на меня.