Шрифт:
– Но Он мог решить, что я убежала сама.
– У Него не было причины…
– Еще как была! Я ведь убегала и раньше. И не раз!
– Бог всеведущ, потому что знает истинное положение вещей. Так что не сомневайся…
– Почему же я до сих пор здесь?!
– Я уже говорил – может быть, так должно быть. Потому что тебе здесь безопаснее.
Девушка качнула головой.
– Ты не согласна со мной? Но почему? Такое объяснение самое вероятное.
– Нет, – она так не думала.
– Разве бог солнца совершил для тебя мало чудес, что ты сомневаешься?
– Он… Он мог решить, что я нуждаюсь в защите… В защите не от человека или демона, но места, которое проклято… Если так, Он отправил бы меня подальше от каравана… Но – много дальше. У нас осталось немало друзей в тех городах, через которые мы проходили.
– Я уже говорил, судьба…
– Но я здесь не властью Шамаша! Всему виной Лаль! А Лаль – мой враг. Что бы он там ни говорил. И менее всего на свете его беспокоит моя безопасность.
– Видят боги, здесь тебе ничего не угрожает и я сделаю все возможное, чтобы…
– Я знаю, – мягко остановила его девушка, – ты уже говорил. Прости меня, Гареш, я вижу, ты думаешь обо мне больше, чем я сама, но… Ты искренен со мной и я чувствую себя обязанной ответить тем же. Я хочу поскорее вернуться домой. Это не потому что мне плохо здесь…
– Дома всегда лучше, чем в гостях, – понимающе кивнул хозяин каравана. – Могу я чем-то помочь? Конечно, мы все здесь только простые смертные, а Хранитель каравана – маленький ребенок… Даже если мы расскажем ему все, он вряд ли поймет, чего мы хотим.
– Нет! Конечно же нет! – ей вообще не хотелось причинять неудобства…
– И, все же, может быть, есть что-то, что под силу и мне?
– Поговори со мной, – попросила она.
Караванщик улыбнулся и на короткий миг морщинки на его лице разгладились. И Мати вдруг захотелось улыбнуться ему в ответ. Нет, беспокойство не покинуло ее, но на душе стало легче. Потому что она была не одна… Ну, не совсем одна.
– С радостью, девочка, – промолвил Гареш.
– Если, конечно, у тебя есть время…
– Для тебя – сколько угодно. О чем бы ты хотела поговорить?
– О многом… О чем-нибудь… – собственно, ей было все равно. Лишь бы не слышать своих мыслей, не вздрагивать при приходе каждой новой, ужасней предыдущей.
Гареш кивнул. Он не хотел торопить ее. Просто шел рядом.
– Уже утро, – взгляд караванщика скользнул взглядом по несколько просветлевшим небесам. – Скоро проснутся девочки…
– Мне трудно со сверстниками, – призналась Мати. – У нас все были или старше, или младше меня… Да и вообще, я всегда больше говорила с отцом и дядей Евсеем, чем с другими… За исключением Шамаша, конечно… – как-то виновато глянув на чужака, она повела плечами, словно говоря: "Прости, но это так. Я хотела бы избавить тебя от всех хлопот, но…" -Бывает… А я, должно быть, похож на твоего отца?
Первое, что пришло ей в голову – "Совсем нет!" Действительно, чужак выглядел иначе. Почти совсем старик. Нет, конечно, он был крепок телом и широк в плечах, но лицо – морщинистое, совершенно высушенное ветрами, выжженное долгой дорогой.
Слезящиеся глаза… Мати была почти уверена – если бы ей довелось увидеть караванщика без шапки, то она обнаружила бы седые волосы, не просто припорошенные снегом, как у ее отца, но совершенно белые.
"Отец моложе… И… Его лицо такое родное, доброе… А чужак…" Каким бы хорошим он ни был, ни хотел казаться, он все равно оставался далеким. И все же… Если не думать об этом… Если отрешиться от всех мыслей и чувств…
– Чем-то… – проговорила она. И повторила: – Чем-то… Ты тоже хозяин каравана.
На тебе лежит та же ответственность.
– Нет, – качнул головой Гареш, – караван твоего отца особенный.
– Скажи… – она на миг прикусила губу. – Вот ты говорил: между караванами месяц пути… Но почему? Ведь тогда… Вы прошли тем же мостом, который создал для нас Шамаш, верно? Иначе не выбрались бы из плена трещины?
– Да. Мы решились. Еще не зная, что Он – бог солнца, но уже предполагая…
– Вы шли сразу же за нами?
Караванщик кивнул.
– Откуда же тогда это отставание? Ведь месяц – это немало!
– Вы шли очень быстро. Легенды говорят, что метели обходили ваш караван, даже ветра помогали, а не мешали, как нам.
– Но мы останавливались! Чтобы…
– Чтобы попасть в царство благих душ? И в край сновидений?
– Да, и потом еще…
– А мы вынуждены были пережидать метель… Не знаю, Мати. Наверно, в пустыне не все дороги равны. Среди них есть те, которые длиннее и те, которые короче. Так или иначе, если к первому городу мы пришли через неделю после вашего ухода из него, то к последнему – уже месяц спустя.