–  Ты только не думай плохо о Равне, - сказал Тайнз.
– У нее с тем почти-тобой много чего было раньше. Они очень любили друг друга.

–  Я так и думал.

Две головы отвернулись обратно к небу. Два года надо будет наблюдать за этим созданием, пытаться решить… но если отбросить подозрения, то чем больше Хамид видел Тайнза, тем больше он ему нравился. Как будто он и не потерял Болтунью, а приобрел еще пять ее братьев. И эта говорильная машина стала настоящей личностью.

Приятное молчание длилось. Потом та, которая была Болтунья, вытянула шею из-за стола и ткнулась головой Хамиду в плечо. Он не сразу, но погладил шерсть на ее шее. Они еще посмотрели на солнце и голубое пятнышко.

–  Знаешь, - сказал Тайнз любимым женским голосом Болтуньи, - скучать я буду по этой планете. А больше всего - знаешь, по чему? По кошкам и по собакам.

Vernor Vinge. «The Blabber». © Vernor Vinge, 1988. © Перевод. Левин М.Б., 2002.

[1] Tines {англ.) – зубцы, острые отростки.
– Примеч. пер.

[2] свершившийся факт (фр.).
– Примеч. пер.