На противоположной от входа стене безмолвного холла она увидела два больших полотна небесно-голубого бархата, которыми был завешен вход в главный зал храма. Бросив взгляд в просвет между складками ткани, Цинния мельком увидела несколько рядов синих сидений. Они размещались полукругом вокруг возвышения. За возвышением находился белый бархатный Переход, на котором была изображена большая картина, где художник изобразил Старую Землю.

Цинния видела много подобных картин в учебниках, когда училась в школе. Никто точно не знал, как выглядела старая планета, потому что все первичные картины и фотографии были утеряны, когда банки данных Первого поколения обратились в прах. Основатели оставили наброски, картины и описания, однако следующие поколения художников дали им собственное толкование. В течение прошедших со дня закрытия Перехода двухсот лет появилось большое количество вариаций на эту тему.

Исходя из виденных ею картин и рисунков, Цинния предполагала, что Земля была достаточно симпатичной планетой, но сомневалась, что она могла быть столь же красивой, как пышный зеленый мир Сент-Хеленс. Как и у большинства людей, у нее не было ни малейшего желания возвращаться на планету предков. Она была почти легендой. Домом была Сент-Хеленс.

Только приверженцев культов Возвращения не оставляла мысль о том, что возможно, когда-нибудь, Переход снова откроется. Они убедили себя, что Старая Земля была утопией, идеальным миром, жить в котором достойны только идеальные люди.

— Вы должны рассмотреть возможность того, что именно на вас пал выбор, и вы были вызваны сюда этим вечером, мисс Спринг. Пути Зова Перехода часто непостижимы. — Одежды Хирама мягко колыхались, пока он шел рядом с Циннией по сплошь устланному коврами коридору. — Ищущих ведут сюда различные пути.

— Я уверена, что так и есть. Меня, например, сюда привела Хай-вью стрит. Плюс крюк в несколько задних дворов.

Хирам терпеливо улыбнулся:

— Возможно, то, что ваш автомобиль сломался неподалеку от нас, можно рассматривать как пример действия Зова Перехода.

— Я полагаю, все может быть. — Цинния не хотела обижать его. — Но в настоящее время я испытываю только одно желание — позвонить кому-то, кто может отвезти меня домой.

— Земля — наш истинный дом, мисс Спринг. — Лицо Хирама озарилось спокойствием внутреннего видения. — Но только те, кто чист сердцем и духом, возвратятся, когда Переход снова поднимется.

— Угу. — Последнее, что ей хотелось бы делать, так это обсуждать богословие с Хирамом. — Где у вас телефон?

— Здесь, мисс Спринг. — Он провел ее через другую дверь в на удивление обычный офис. — Располагайтесь. Я должен оставить вас, чтобы помочь с приготовлениями к вечерней службе.

— Спасибо, Хирам. Вы были очень любезны.

Хирам сложил руки и низко поклонился:

— Пусть Переход откроется для вас, мисс Спринг.

Цинния вежливо кивнула, пока он выходил из комнаты.

Оставшись одна, она тут же схватила трубку и набрала первые две цифры личного номера Ника прежде, чем поняла, что делает.

— Пять кругов ада. — Она нажала на рычаг. У нее вовсе не было намерения звонить Нику. Она собиралась вызвать такси.

Затем она подумала о шагах в тумане. Кто-то определенно следовал за ней, и весьма возможно, он знал, что она искала информацию, связанную со смертью Морриса Фенвика. Это означало, что события этого вечера связаны с журналом Частина.

А все, что касалось журнала, автоматически касалось и Ника.

— Пять кругов ада, — повторила она. С коротким стоном она подняла трубку телефона и набрала номер.

Ник ответил после первого же звонка.

Опасная комбинация гнева и облегчения бурлила в Нике, когда он вылез из «Синхрона» перед освещенным прожекторами храмом. Помимо этих двух равных по силе эмоций, он ощущал где-то в животе холодный ком. Защита Циннии стала самым важным элементом в схеме, но он плохо об этом позаботился. С другой стороны, она не старалась облегчить ему эту задачу.

Резкие звуки роговой арфы встретили Ника, когда он начал подниматься по широким ступеням, которые вели к массивным входным дверям храма. Он отметил, что снаружи никого не было. Очевидно, началась вечерняя служба. День явно не удался, подумал он, шагая через погруженный в полумрак холл. Сегодня он успел подвергнуть Циннию унижению из-за фотографии на первой полосе в «Синсейшен», сам получил удар кулаком в челюсть, нашел новые свидетельства того, что его дядя вовлечен в заговор, касающийся журнала Частина, и вдобавок трубку Цинния бросила во время телефонного разговора. Теперь это. Схема его жизни была намного менее сложной до того, как Цинния Спринг стала в ней основным фактором, размышлял он.

Глубокий звучный голос донесся сквозь тяжелые синие бархатные Переходи:

— Добро пожаловать, Ищущие. Добро пожаловать всем, кто стремится очистить себя, чтобы стать достойным возвращения в мир, откуда пришли Основатели. Переход зовет, и тем из вас, кто сегодня вечером находится в этом зале, был дан ответ. Земля ждет своих детей.

Звук роговой арфы стал громче. Ник вздрогнул.

— Мистер Частин? — Фигура в зеленой одежде отделилась от теней возле прохода. — Я Хирам. Я полагаю, вы здесь, чтобы помочь мисс Спринг?