– Мне кажется, вас что-то беспокоит.

– Я просто думаю… – Она взглянула на лампу, потом на дверь.

– Вы хотите, чтобы я ушел?

– Нет, то есть… А вы думали, что… – Она умолкла и покраснела.

Шарлотте Марденфорд явно не хватало слов. Натаниел никогда не думал, что такое возможно. Улыбнувшись, он спросил:

– Вы никогда по-настоящему не спали с мужчиной, не так ли? – Он знал, что такое случалось со многими замужними женщинами. Мужья приходили к ним в спальни, оставляли в женах свое семя и уходили.

Ее робкая улыбка убедила Натаниела в том, что он был прав. Но как он должен к этому относиться? На этот вопрос у него не было ответа.

– Думаю, я еще задержусь здесь. – Не дожидаясь разрешения, Натаниел устроился поудобнее и обнял ее. Затем протянул руку и погасил лампу.

Шарлотта в смущении откашлялась и пробормотала:

– А если вас увидят здесь?

– Дверь заперта, а на рассвете я все равно должен уйти.

Шарлотта прижалась к нему и положила голову ему на плечо.

– Ах, как замечательно это было! – прошептала она. – Я рада, что не струсила.

Натаниел поцеловал ее в висок. Да, все получилось замечательно. Не было никакого сомнения в том, что они испытали это чудо вместе, но слова Шарлотты тронули его. Своим признанием она хотела объяснить, что ее опасения были напрасны. Ей хотелось уверить его в этом. Да, сегодня ночью все вышло чудесно, – но что ждало их впереди? На этот вопрос он не мог ответить, что очень его беспокоило.

А впрочем, стоило ли сейчас об этом думать? Нет, наверное, не стоило, К тому же очень хотелось спать…

– Вы спите, Натаниел?

– Нет еще. Разбудите меня, если засну.

Он улыбнулся ей и, закрыв глаза, начал погружаться в сон.

– Вы что, действительно намереваетесь спать двое суток?

– Вероятнее всего, часа два. Затем я проснусь и снова приведу вас в восторг.

– О-о! – Через несколько секунд он снова услышал ее голос: – Натаниел, вы храпите во сне? Если храпите, то ваши любовницы наверняка говорили вам об этом. Так вы храпите или нет?

– Понятия не имею. Мне об этом никогда не говорили.

– Но почему?

Ему ужасно хотелось спать, но он все же ответил:

– Мне об этом никогда не говорили, потому что я почти никогда не оставался у любовницы до утра.

– Почему же?

Он со вздохом пробормотал:

– Все мужчины прекрасно знают: женщины после близости готовы проболтать всю ночь до утра. Кстати, некоторые дамы говорят, что если мужчина остается, то он не сомкнет глаз до рассвета. Вы можете поверить в это?

Несколько секунд в комнате царила тишина. Потом Шарлотта рассмеялась и легонько ударила любовника кулачком под ребра.

Натаниел тоже засмеялся и еще крепче прижал ее к себе. По крайней мере, она ударила его не зонтиком.

Он не храпел, но и не проснулся через два часа, чтобы вновь доставить ей удовольствие. Шарлотта знала это, потому что долго не могла уснуть. Она лежала в объятиях Натаниела. пытаясь привести в порядок мысли и определить свое отношение к произошедшему. Однако сделать это было не так-то просто. В конце концов, ей пришлось признать, что она знает только одно: что все ее чувства и эмоции – не иллюзия и та первая ночь не являлась плодом ее воображения. Этой ночью многое повторилось, и. следовательно, ее чувства были подлинными.

Но что же теперь будет? Как сложатся их с Натаниелом отношения? Ведь скоро они покинут этот дом, после чего их дороги могут разойтись.

Тихое дыхание Натаниела возле ее уха наконец-то убаюкало Шарлотту. И ее тут же посетил сон, в котором маленький Амброуз весело смеялся, бросая ей мяч. Поймав мяч, она бросила его обратно мальчику, и тот уже собрался схватить его, но вдруг какая-то мужская рука перехватила мячик. Озадаченный Амброуз подошел к ней, и она обняла его. И вместе они наблюдали, как мужчина уносит мяч из комнаты

Шарлотта проснулась на рассвете, когда серебристый лучик осветил контуры мебели в комнате.

Шевельнувшись. Шарлотта покосилась на Натаниела. Он лежат рядом, обнимая ее за талию. И он все еще спал.

Внезапно она вспомнила, что ей снился какой-то странный сон… Сон был не страшный, но все-таки он растревожил ее. Сейчас она не могла вспомнить, что именно ей снилось, однако…

Рука любовника шевельнулась, и он еще крепче прижал ее к себе. Через секунду-другую глаза его открылись, и он, чуть приподнявшись, поцеловал ее в щеку.