– Что за обстоятельства? – у нее замерло сердце.

– Моя мачеха и Лидия собираются вернуться в Лондон ко дню святого Мартина.

– К одиннадцатому ноября? – Мэгги подсчитала дни. — Это же меньше чем через две недели!

– Да. К счастью, мачеха проболталась одной из своих приятельниц, та сообщила другой, и слух долетел до Райдера, а он поспешил известить меня. Посыльный сделал все, что мог, чтобы добраться как можно быстрее, но даже если мы отправимся в путь прямо сейчас, то все равно не сможем .их опередить.

– Мне жаль, что леди Ротвелл вызвала твое недовольство, собравшись без разрешения уехать из Дербишира, – спокойно произнесла Мэгги, – но не стоит так волноваться. Присутствие Лидии на маскараде теперь не имеет такого значения. Вряд ли стоит мчаться в Лондон, чтобы выразить свое недовольство, хотя знаю, как ты не любишь, когда женщины тебе не подчиняются.

– Положение Лидии по-прежнему остается опасным. Она может быть арестована в любой момент. Правительство напугано действиями якобитов и жестоко подавляет малейшие проявления активности. Райдер сообщает, что в Парламенте начались разговоры насчет того, чтобы вешать всех сторонников якобитов. Не думаю, что начнутся массовые аресты и казни, но не хочу, чтобы моя сестра стала случайной жертвой. Ведь правительство вполне может пойти на крайние меры, если кто-то намеренно сообщит о якобы готовящемся новом восстании. Подобное уже было.

– Тогда ты действительно должен ехать, но я останусь. У меня нет причин отправляться в Лондон.

– Есть, и очень веская. Ни для кого не секрет, что я был в Шотландии. И что женился на шотландке, тоже станет известно, если уже не стало. Не забывай, у нас в доме был мистер Гудэлл. Если ты останешься, это заставит их заподозрить и меня в причастности к якобитам и одобрении действий Лидии.

– Но приезд в Лондон грозит опасностью и мне?

– Тот факт, что ты моя жена, уже послужит надежной защитой и… – он замолчал, потому что в комнату неожиданно вошел Мак-Друмин.

– Я как раз собирался послать за вами, сэр, – сказал Ротвелл.

– Да, я слышал о прибытии посыльного. Что, плохие новости, приятель?

– Личные дела, но достаточно серьезные, чтобы требовать моего присутствия в Лондоне.

– Как некстати! Ты только начал разбираться в наших делах. Нам будет тебя не хватать.

По глазам отца Мэгги поняла – он действительно огорчен предстоящим отъездом Ротвелла, и чтобы граф не заметил, поспешно сказала:

– Отец, Эдвард хочет, чтобы я поехала с ним, но я, конечно, останусь.

– Что за глупости ты говоришь, дочка? – набросился на нее Мак-Друмин. – Жена должна следовать за своим мужем!

– Но я не хочу жить в Лондоне! – Мэгги чувствовала, что лишается последней поддержки, на которую рассчитывала. – Я думала, ты меня понимаешь!

– Да, понимаю, но ты должна отправиться в Лондон вместе с мужем, и нечего тут рассуждать. Нед, я уведу ее к себе и как следует потолкую. Наверное, у тебя много дел.

– Да, – согласился Ротвелл. – Но перед отъездом я хотел кое-что с тобой обсудить.

Мак-Друмин заинтересованно повернулся к графу.

– Что именно?

– Я много думал, как улучшить жизнь в Долине Друмин и понял – люди твоего клана должны жить все вместе и у них должно появиться занятие, позволяющее жить безбедно и не бояться правительства. Кажется, я знаю, как этого добиться.

– И как же?

– Мы будем выращивать овец.

Мэгги была уверена: отец будет так же поражен предложением Ротвелла, как и она сама, – но тот преспокойно сказал:

– Это гораздо труднее, чем ты думаешь, парень. Чтобы создать большую отару, понадобится много времени и сил, а чтобы обеспечить нормальную жизнь всему клану, нужна очень большая отара.

– Однако пологие склоны холмов с сочной травой прекрасно подходят для разведения скота. Просто ты не пробовал этим заниматься. На шерсть и мясо всегда будет большой спрос, я могу назвать тебе десятки рынков сбыта, – старался убедить его Ротвелл.

– Мы поговорим об этом позже, согласен? – Мак-Друмин удивлял дочь своим спокойствием. – Когда ты намереваешься отправиться в путь?

– Мы уедем завтра на рассвете.

– Ты собираешься провести воскресенье в Лаггане?

Ротвелл понимающе усмехнулся.

– Там остались мои кареты и кучер, но не собираюсь долго задерживаться в Лаггане. Я понял твой намек, Мак-Друмин. Мне нужно как можно быстрее добраться до Лондона, поэтому мы будем в дороге и в воскресенье, – он повернулся к Мэгги. – Дорогая, скажи Челтонам, чтобы собирались в дорогу. Пусть возьмут самое необходимое, остальное можно прислать позже. А я поговорю с твоим отцом.