Уильям вздохнул и поставил шкатулку на место. Несса очень много для него сделала, и теперь он пойдет на рискованное предприятие и сделает для нее все, что сможет. Взглянув на молодую женщину, граф улыбнулся:

— Если ты так к этому относишься, я снова все запру. Но на сей раз не для себя, а ради тебя. — Он пытливо посмотрел ей в глаза.

— Ах, милорд, может, позже вам захочется все это достать! — воскликнула Несса. Теперь она знала, что делать. Если Гаррик и Алерия осуществят свое сердечное желание, то ее сестра, став графиней, по праву получит все эти сокровища.

— Ради тебя, — повторил Уильям. Он нагнулся, поднял с пола цепи и скрепил их. Затем повернул ключ в замке — на этот раз он запирал не свое страдание, а ее.

Нессу отделяла от Большого зала последняя ступенька, но вдруг она услышала знакомый голос и замерла. Как сэр Гилфри объяснит свое появление в замке? Стоять и гадать — бесполезное занятие; еще бесполезнее ждать, когда ослабнут от страха колени и улетучатся остатки храбрости. Сделав глубокий вдох, Несса расправила хрупкие плечи и вошла в зал с улыбкой на губах.

— Сэр Гилфри? — Она перешла прямо к делу. — Что привело вас в Таррант?

— Ах, графиня! — Рыцарь поклонился, взял руку, которую ему не предлагали, и поцеловал кончики холодных пальцев.

Несса подавила дрожь отвращения и не выдернула руку, чтобы не доставить ему удовольствия. Он был таким же отталкивающим, как всегда, и так же настойчив в непозволительной фамильярности. Сэр Гилфри выпрямился и с ухмылкой проговорил:

— Я приехал по повелению королевы Элеоноры, чтобы доставить вам эту посылку. Королева сказала, что вы ждете ее.

Он наконец-то отпустил ее руку, и Несса, не удержавшись, вытерла о юбку руку, оскверненную его прикосновением. Он поднял с пола сверток, обернутый холстиной. Несса приняла его и быстро осмотрелась — подарок должен был стать для мужа сюрпризом.

— Благодарю, что проделали долгий путь ради такой безделицы, — проговорила Несса. Про себя же взмолилась, чтобы воины, толпившиеся возле камина, не обратили внимания или не придали значения ее словам. — Кухня за помостом, сэр Гилфри. Вы приехали между обедом и ужином, так что на кухне вам дадут перекусить после дороги. А я пока прослежу, чтобы сверток убрали. — Не дожидаясь ответа, она пошла в дальний конец коридора.

Вбежав в пустующую комнату, где в углу стояла ее церковная скамейка, Несса положила сверток на пол, чуть оттащила скамейку от стены и в образовавшуюся щель засунула сверток. Уже собираясь уходить, она вдруг заметила, что из складок свернутого холста торчит какой-то желтоватый уголок. Просунув пальцы в складки грубой материи, она вытащила лист пергамента, скрепленный печатью королевы. Сломав печать, прочла следующее:

«Я не хотела отправлять к тебе этого человека, зная, что тебе он неприятен. Просто посылаю обещанное с тем, кто отправляется в замок Таррант. Вместе с посылкой прими мое предупреждение: следи за сэром Гилфри, боюсь, он хочет навредить твоему мужу. Гаррик не поверит моему предупреждению, так что говорю это тебе. Следи и остерегайся».

Несса сложила листок и засунула его обратно в складки холста. Потом придвинула скамейку вплотную к стене, чтобы спрятать подарок. Прежняя жалость к себе была забыта перед лицом угрозы, прибывшей в их дом, — выходит, она не зря опасалась сэра Гилфри.

Несса встала на колени, на подушечку, прибитую к скамейке, и от всей души стала просить небесной защиты ее любимому, а себе — смелости. Прошло довольно много времени, прежде чем она поднялась. Несмотря на подушечку, колени затекли, а спина и шея болели.

Выбежав из комнаты, Несса направилась в Большой зал — следовало предупредить мужа о приезде сэра Гилфри. Увы, она опоздала; остановившись у входа в зал, Несса услышала голос бывшего кастеляна:

— Я заслуживаю платы за те годы, что потратил на заботы о Суинтоне!

Несса вытаращила глаза, услышав требование сэра Гилфри.

— За те годы, что вы потратили на «заботы» о Суинтоне, вы украли в десять раз больше, чем заслуживают ваши труды, — заявил в ответ Гаррик.

Граф говорил негромко, но в его голосе был ледяной холод. Гаррик очень удивился, что этот рыцарь осмелился заявиться к нему с таким дерзким требованием, ведь он ясно дал ему понять, что не желает иметь с ним дело, поэтому и выгнал предателя из Суинтона. «Так почему же Гилфри приехал сюда? — спрашивал себя граф. — Может, у него какие-то иные цели, не только требование платы?»

Гаррик, все еще в плаще, стоял спиной к Нессе, но она представляла себе его глаза, холодные как лед. Сэр Гилфри стоял вполоборота, и она видела плохо скрытую тревогу на побледневшем лице. Приятно было видеть, как он дрогнул перед силой ее Ледяного Воина. Может, это чувство немилосердно, но что еще она может испытывать к человеку, угрожающему ее любимому?

— Так что, вы опять выгоните меня ночью? — проговорил сэр Гилфри.

— Нет, можете есть за одним из моих столов и ночевать в моем замке, но только одну эту ночь. Утром уезжайте и никогда больше не возвращайтесь. — Гаррик распознал в этом человеке угрозу. Конечно, будет безопаснее знать, что он здесь, чем отсылать его рыскать по окрестным лесам. К тому же какую угрозу может представлять один рыцарь с двумя сопровождавшими его воинами?