Я вдавил педаль газа до упора, движок завыл, машина еще ускорилась. Со стороны леса показались на рысях несколько всадников, человек пять. Они рванули было в галоп, но почти сразу осадили коней, остановились, глядя нам вслед. На двоих из них как минимум я заметил мундиры зуавов. Дезертиры, значит.

Стрельба тоже прекратилась - наверное, заметили щит. Лишь один из зуавов приподнялся в стременах и пальнул нам вслед из винтовки, по-прежнему безуспешно. Щит пока не погас. А еще через несколько секунд машина вырвалась с поляны, проскочила опушку леса и помчалась по мягкой лесной дороге, извилистой как змея, прикрывшись стволами деревьев от обстрела.

Лари оглянулась, уложила карабин поверх бочек, но нас никто не преследовал.

–  А что они так?
–  удивилась демонесса.
–  Как-то неактивно.

–  Они грабят, а не в последний и решительный бой идут, - пожал я плечами.
–  Щит увидели, машина разогнаться успела, теперь гоняйся за нами. Была кому охота? И егеря кругом шарятся. Проще уйти да найти кого-нибудь, с кем без проблем справиться можно.

На самом деле меня происшествие даже обрадовало. Потерь мы не понесли благодаря нашей колдунье, зато теперь точно знаем, где находится банда. И если мы от нее оторвемся, то сможем смело ехать дальше за Броды, не дожидаясь, пока соберется колонна. А так бы гадали, ехать или не ехать, ждать или не ждать. Чем дальше мы уедем в ту сторону, тем дальше оторвемся от опасности.

А еще минут через десять я даже скорость немного сбросил: все равно конным нас уже не догнать. И даже напевать что-то эдакое начал, воодушевляющее. А Маша с Лари мне подпевать стали. Значит, не один я чуть штаны не замочил со страху.

Большая деревня Броды мало чем отличалась от Березняков, за исключением того, что расположена была на реке. И заработок шел к удачно стоящему населенному пункту все больше от речной торговли. Вроде мини-Великореченска получилось, только принимались не большие караваны больших барж, а речные баржи-плоскодонки, баркасы да лодки. Однако Броды процветали.

Как и Березняки, деревня была окружена крепким частоколом с колючкой поверху, в котором было двое ворот. Одни выходили на дорогу, а вторые вели к пристаням. В воротах стояли ополченцы под командой урядников, но в самой деревне мы заметили присутствие военных. БТР-4 с пограничными эмблемами, приземистая «виверна» и два «козла» с пулеметами на турелях выстроились прямо на главной площади. И с ними же рядом расположились уряднический «виллис», а также «копейка» жандармов. Неужели все из-за ограбления или все же военные ждут чего-то другого? Может быть, проблемы с эльфами уже и сюда докатились?

В любом случае мы нуждались в ночлеге, к тому же я хотел загнать машину в мастерскую, а заодно прикупить машинного масла. Мало того что наш запас немного израсходовался, так еще и пуля, отрикошетив странным образом, пробила в бочонке дыру в самой середине, после чего половина масла вытекла в кузов. К счастью, не промочив груза, потому что я имею полезную привычку укладывать все вещи на решетчатый деревянный поддон как раз во избежание подобных неприятностей. Есть печальный опыт. Стойкий запах ГСМ от всего имущества - не подарок, проклянешь все на свете, а с сидорами твоими духовитыми тебя ни в какой постоялый двор не пустят, хоть плачь. Да и не отстирать его.

Два постоялых двора и гостиница в Бродах были забиты постояльцами: из-за нападений бандитов люди задерживались здесь, сбиваясь в стаи. Я сунулся в один двор, второй, затем в гостиницу - бесполезно. Хозяин отеля под интригующим названием «Гостиница», крепкий бородатый мужик лет пятидесяти, лишь разводил руками толщиной в доброе бревно и гудел в бороду, что «нет никакой технической возможности».

Спасла нас, естественно, Лари. Хозяин гостиницы, как и любое другое лицо мужского пола, не смог ей противостоять, «давление» я ощущал всем телом, и через пару минут она получила от него ключи от «баронской комнаты» - самого просторного из номеров, всегда зарезервированного на случай неожиданного набега начальства из Твери. Хозяин даже бросился помогать нам с багажом. Правда, и содрал аж пять рублей золотом - невероятные деньги по таким местам, сказочные просто.

–  Автомастерская у вас открыта еще?
–  спросил я хозяина гостиницы, притормозив того в дверях.

–  Открыта, чего с ней сделается?
–  удивился тот.
–  Они до самой ночи открыты обыкновенно.

–  Ага, спасибо.

Быстро сбросив в номере пыльник с карабином, я пообещал дамам встретить их в трактире, когда закончу возню с машиной. Увидел легкий проблеск уже привычной паники у Маши в глазах, которая поняла, что я ее снова оставляю один на один с демонессой, и вышел за дверь.

Мастерская была в самом дальнем конце центральной улицы и представляла собой огромный сарай с двумя воротами, с ремонтными ямами в нем и стоящим над одной из них грузовым «газоном» с высокобортным купеческим кузовом и на больших внедорожных колесах. С «газоном» возился чумазый подросток лет четырнадцати, меняя масло. Рядом с ним возле ямы лежали два переломанных листа рессор.

Один из владельцев мастерской братьев Бочаровых, Иван, худой, жилистый и очень сильный мужик, стоял за конторкой, чиркая карандашом в конторской книге. Второй из братьев, Петр, перебирал и протирал от масла инструмент за верстаком.