– Да шевелись же ты! – крикнул Гордону Андрей, – Хватит его слушать, ему только этого и надо! Тебе разве не плевать на его пропаганду?

– Ты не понимаешь, – туманно проговорил Гордон, догоняя заключенного, – Он держит в плену своего бывшего коллегу… Он опорочил мою репутацию, как ученого! С-скотина!

– Не бери в голову, – мрачно сказал Андрей, заходя с Гордоном наконец в комнату охраны, – Перед кем опорочил? Перед этими машинами-убийцами? Им плевать на тебя, поверь!

– Главное, что я это слышал, – огрызнулся Фриман.

– Внимание! – раскатисто произнесла вдруг оповестительная система, – Внимание наземным силам. Провал миссии влечет переселение в нежилое пространство. Напоминаю код: пожертвовать, остановить, устранить…

– Нервничают, – ухмыльнувшись, заметил Андрей, – Пусть подергаются, им полезно!

– Вряд ли это нам на руку, – угрюмо возразил Гордон, – Теперь они будут еще сильнее искать нас…

Он, махнув рукой, подошел к щитку зарядника и быстро начал восстанавливать ресурсы скафандра. Андрей, немного понаблюдав за зарядкой, переключил внимание на монитор наблюдения. И тут же вздрогнул.

– Эй, Гордон! – пораженно позвал он, – Смотри, а откуда тут мирмидонты?!

Фриман глянул на экран, где по темному коридору яростный мирмидонт гнал трех солдат.

– Оттуда же, откуда и муравьиные львы, – ответил Гордон, – Они же их главные особи. Куда им без вожаков?

– Хреново, – выдавил Андрей, – Я сталкивался с мирмидонтом лишь один раз, но мне хватило. Мы тогда пошли ловить пиявок у моря… Еле спаслись, пришлось сидеть в ржавом старом катере, пока он не ушел…

И он нажал кнопку переключения канала. Камера переключилась, давая новое изображение. И тут уже Фриман вздрогнул, словно пораженный током. На мониторе крупным планом был показан человек… Но Гордон, подавив отвращение, рассмотрел его, и понял, что от человека в этом существе мало что осталось. Лысая голова, серая тонкая кожа, черные впадины глаз, прикрытые чем-то наподобие железных ставней, плоский, словно обрубленный нос, узкая щель рта… А тело… казалось, более тощим не были даже узники Освенцима…

– Сталкер, – прошептал Андрей, отводя взгляд, – Так вот они какие…

– Боже, – Гордон утер пот, не в сила оторваться от экрана, – Но как это… жутко… разве такое можно сотворить с человеком…

– Это их повседневная обязанность, – не без доли презрения сказал Андрей, отходя, – Сволочи…

– Убью, – шептали губы Фримана, – Голыми руками передушу всех… Комбины чертовы…

Не выдержав жуткого зрелища, он переключил канал. И снова дернулся, как ужаленный.

– Что такое? – повернулся Андрей.

– Ты только посмотри…

На мониторе снова был человек, по пояс голый… Но это был не сталкер. Гадать долго не пришлось – штаны были от стандартного обмундирования солдата Альянса. Но то, что шло выше… Человек был бледен и худ. Кожа была тонкая и почти прозрачная, чуть голубоватая… Тощие руки со неестественно вздутыми бицепсами. Переплетение жил и вен под кожей… Впалые прикрытые глаза, ямки щек. И ужасающе странный круглый разъем на шее…

– Ха, а вот это солдат, – злобно улыбнулся Андрей, – Этих я без обмундирования и своими глазами видел.

– А мне не приходилось, – пораженно отозвался Гордон, – Посмотри, ведь это почти человек… И он когда-то был честным, любил родной дом, имел семью…

– Не любил дом, раз пошел в Альянс, – резко сказал Андрей, явно вспоминая кого-то, – Эти жалкие предатели потонули в собственном липовом совершенстве! Из-за всех этих биотехнологий их кожу жжет даже обычный дневной свет!

– Да, знаю, – пробормотал Гордон, вспоминая, как он недавно сорвал респиратор с одного из них, – Но… неужели человек согласится стать таким добровольно?

– Может и добровольно. А может и насильно. Разве ты не знаешь, что у Альянса "добро" с кулаками?

– Знаю, но… – Гордон запнулся, – Мне почему-то немного жалко их. Их превратили в таких ужасных существ… Многих – насильно… Родиться, жить, любить, радоваться солнцу – и все это для того, чтобы в один день из тебя сделали такое вот…

Они помолчали. Каждый думал о своем. Андрей покачал головой. Нет, его мнение никогда не поменяется. Лишь жалкие предатели, позволившие себе сдаться в плен… Или пришедшие сами в руки господ, сами подставив тело под нанохирургические лазеры. Но ничего, он найдет его… Он найдет его, и напомнит о их прошлой дружбе… И посмотрит ему в глаза, когда тот будет умирать.