– Ваш покорный слуга, мисс Ренфру. Я тоже имел удовольствие видеть вас, – солгал Чевиот, стараясь держаться как можно непринужденнее. – Насколько я понял, вы родственница леди Корк?

Маргарет Ренфру повысила голос.

– Родственница? Увы! Я всего лишь дочь одной из ее старых подруг. Меня можно назвать бедной родственницей, да и то с натяжкой, я живу щедротами ее милости, сэр.

– В качестве компаньонки, несомненно.

– Что такое «компаньонка»? – вдруг с чрезвычайным любопытством поинтересовалась мисс Ренфру. – Никогда не слышала такого слова! Вы непременно должны как-нибудь растолковать мне его.

Расшитый розами лиф платья то вздымался, то опадал. Будь она проклята! Почему она держится так странно? Почему у нее такой загадочный вид? Она явно демонстрирует ложное смирение; в ней угадывается смесь стыда и гордости. Мисс Ренфру отвела глаза и посмотрела на мистера Хенли.

– Этот… джентльмен, – она тряхнула густыми локонами, – сказал, что вас следует принимать как уполномоченное лицо полковника Роуэна. Отлично, так тому и быть! Прошу вас, следуйте за мной.

Мисс Ренфру круто развернулась, отчего пышная юбка взметнулись веером. Тут послышался шум, и вестибюль наполнился народом.

Из малой гостиной высыпали с полдюжины молодых людей во фраках, и с ними – молодой гвардейский офицер в алом мундире, с жидкими черными усиками-перышками и баками. Все они распространяли вокруг себя аромат бренди и пунша. Из-за тесных фраков, зауженных черных брюк и белейших рубашек-жабо они казались поразительно тонкими, длинными и смахивали на карикатуры.

Впрочем, карикатурами они нисколько не являлись.

– Джек, старина! – послышался незнакомый Чевиоту радостный голос, и почти тут же его руку стиснул в дружеской хватке румяный молодой человек не старше двадцати одного – двадцати двух лет. Курносый нос незнакомца, его широкий рот и подернутые дымкой глаза были заключены в рамку светло-каштановых волос и баков, похожих на баки мистера Ричарда Мейна.

– Фредди! – с нескрываемой радостью воскликнула Флора и протянула молодому человеку левую руку.

– Флора! Оч-чень рад! – вскричал молодой человек и склонился над ее рукой, что-то страстно промычал над нею, поцеловал перчатку, пошатываясь, выпрямился и проговорил: – Господи помилуй! Сколько же прошло? Две недели? Да, не меньше! Ей-богу, я вас обоих уже две недели не видел! – Он ткнул в сторону Чевиота пальцем и расхохотался. – Вот хитрец, ну и хитрец! Не важно. Я т-тебе завидую. Кстати, – он показал рукой наверх, – танцуешь?

– Не сейчас, Фредди. – Чевиот с трудом назвал незнакомого юнца по имени. – Вообще-то я…

«Вообще-то, – подумал он про себя, – если начать задаваться вопросом, кто я и что со мной происходит, я на верном пути к сумасшедшему дому».

К счастью – или к сожалению, – Чевиот отбросил прочь болезненные мысли. Молодой гвардейский офицер с одним капитанским эполетом и красными лампасами на узких черных панталонах вскинул голову и вмешался в разговор.

– В са-амом деле! – томно просюсюкал он высоким, скучающим тоном. – Потанцевать, что ли?

Томный офицер был строен, но притом высок и крепок. Внезапно схватив одного из своих товарищей за кружевное жабо, он оттолкнул его с пути и двинулся вперед.

Чевиот следил за его приближением, волосы у него на голове зашевелились. Он расправил плечи и перевел дух. Гвардейский офицер, который не собирался менять курс ради кого бы то ни было, врезался прямо в него на полном ходу – и тут же отскочил, словно наткнулся на скалу.

Фредди завопил от восторга. Гвардейский офицер не обрадовался.

– В чем дело? – протянул он тем же скучающим тоном. – Смотрите, куда идете, приятель! Кстати, кто вы такой?

Чевиот не удостоил его ответом.

Маргарет Ренфру, успевшая подняться на один пролет, бросала на Чевиота косые взгляды. Он обратился к ней:

– Будьте добры, мисс Ренфру, покажите дорогу.

– Я с вами разговариваю, приятель! – рявкнул гвардейский офицер, хватая Чевиота за левую руку.

– А я с вами не разговариваю, – ответил Чевиот, выворачиваясь и сбрасывая руку приставалы. – Думаю, в этом нет необходимости.

Длинное лицо капитана Хогбена под черными усиками-перышками и баками сделалось алым, как его мундир. Потом он побледнел, как смерть.

– Господи! – прошептал он, начиная стаскивать перчатку с правой руки. – Господи!

Четверо друзей тут же с хохотом и криками накинулись на него и потащили наверх; капитан брыкался и вырывался.

– Держи себя в руках, Хогбен!

– Ты ведь не вызовешь на дуэль лучшего стрелка в городе? Куда тебе!

– Хогбен, тебя ждет Изабелла! Она сохнет по тебе, гуляка! Клубок подвыпивших друзей ударился о стену рядом с мисс Ренфру; та в ярости отшатнулась. Молодые люди заковыляли дальше, вверх по лестнице. Чевиот поймал на себе долгий злобный взгляд гвардейского офицера; черные волосы его развевались, лицо склонилось над перилами.