– Да, почему бы нет?! – с жаром воскликнул он. – Мы живем в новый век, Роуэн! В век паровых машин, железных дорог, ткацких станков!

– А следовательно, – возразил полковник, – в век все большего обнищания. Призывы к реформе избирательной системы повлекут за собой бунты; помните об этом. Если мы к следующему году сумеем набрать семнадцать дивизий, нам понадобятся все люди до единого. Вы забегаете вперед, Мейн.

– Неужели? Сомневаюсь! Разумеется, при условии, что мистер Чевиот справится со своей работой. Сэр, с чего вы взяли, будто справитесь?

– Если позволите, я сейчас вам докажу, – с поклоном отвечал Чевиот.

– Докажете? Но как? Чевиот быстро огляделся.

Лампа в кроваво-красной стеклянной колбе отбрасывала тусклые, жутковатые отблески. На стенах поблескивали сабли, пистолеты, мушкеты, металлические значки – знаки отличия. Напротив, рядом с беломраморным камином, красовалось чучело медведя, изъеденное молью; медведь стоял на задних лапах, выставив когти и, казалось, внимательно прислушивался. Одного глаза у него не было.

– Сэр, – сказал Чевиот, поворачиваясь к полковнику Роуэну и обводя комнату рукой, – найдется ли среди ваших трофеев заряженный пистолет?

– Заряженный пистолет у меня всегда при себе, – серьезно ответил полковник.

Он выдвинул ящик письменного стола и извлек оттуда пистолет средних размеров и среднего калибра. Чевиот с удовольствием отметил, что рукоятка украшена серебряной пластиной, на которой выгравированы инициалы полковника.

С тем же серьезным видом полковник Роуэн поставил оружие на предохранитель и протянул оружие Чевиоту:

– Подойдет?

– Замечательно! С вашего позволения, сэр, я произведу один опыт. А вы, господа, будете свидетелями. Погодите! – Чевиот оглянулся на фигуру за конторкой. – Вас здесь трое. Трое свидетелей осложнят мне задачу.

Полковник Роуэн повернул шею.

– Мистер Хенли! – позвал он.

Послышались глухой стук и звяканье незаправленной лампы; кто-то неуклюже вылезал из-за конторки. Скоро из тени вышел низкорослый, приземистый человечек лет пятидесяти с лишком.

Он прихрамывал на правую ногу вследствие раны, полученной при Ватерлоо, и опирался на тонкую трость черного дерева. У него были живые карие глаза, чуть приплюснутый нос и веселый полный рот. Плешь на затылке окружал густой венчик рыжеватых волос; бакенбарды также были рыжеватыми.

В человеке с такой внешностью нетрудно угадать дамского угодника, неугомонного весельчака, любителя вкусно поесть и выпить. Подобное мнение складывалось, невзирая на черный костюм и важный вид, какой человечек напустил на себя, приблизившись к полковнику Роуэну.

– Позвольте представить вам мистера Алана Хенли, нашего старшего клерка.

– Ваш покорный слуга, сэр, – пропел мистер Хенли несколько самодовольно хорошо поставленным голосом, в котором, однако, угадывался намек на то, что его обладатель не происходил из привилегированных слоев.

Чевиоту он адресовал отдельную улыбку, которую не видел полковник Роуэн. Прислонив трость к столу, он напустил на себя сосредоточенный вид и оперся о столешницу обеими руками.

– Но послушайте! – не выдержал мистер Мейн. – Что еще за опыты такие?! Что он намерен делать?

– Наблюдайте, – ответил Чевиот, полируя пистолет извлеченным из кармана пестрым шелковым носовым платком необъятных размеров – так, словно единственной его целью было придать стволу больше блеска. Осторожно, двумя пальцами взяв пистолет за кончик ствола и рукоятку, Чевиот положил оружие на стол, под лампу. – Там, в коридоре, – сказал он, засовывая платок в карман, – дежурит констебль. Сейчас я туда выйду. Попросите констебля чем-нибудь занять меня; в общем, сделайте так, чтобы я не видел, что здесь происходит.

– Так… так… и что?!

– Закройте дверь, заприте ее на замок. Затем пусть один из вас, господа, возьмет пистолет и выстрелит с любого расстояния в… скажем, вон в то чучело медведя у камина.

Все развернулись и посмотрели на бурого медведя, который злобно косился на них одним глазом.

– Затем, – продолжал Чевиот, – подайте мне знак, что можно возвращаться. И я скажу, кто из вас стрелял, с какого расстояния и что этот человек делал до и после выстрела. Вот и все.

– Все?! – повторил Ричард Мейн, выйдя из оцепенения.

– Да, мистер Мейн.

Адвокат что было сил грохнул кулаком по столу.

– Приятель, да вы безумец! – почти прокричал он. – То, что вы предлагаете, невозможно!

– А все-таки я попробую!

– Бедный старый Том, – не без грусти произнес полковник Роуэн и посмотрел на бурого медведя. – Я подстрелил его в Испании много лет назад. Еще одна пуля ему не повредит… Однако, – воскликнул полковник, – наш гость без труда сумеет определить, с какого расстояния произведен выстрел – по следам пороха.