– Ты, Максим, наверняка в хорошей семье живешь. С мамочкой- папочкой?

– Мамы нет. Давно. А отец - да, хороший.

– Извини. Я о другом. Большинство из этих деток - брошенные или отобранные. У пьяниц, которым эти дети не нужны. Они любят таких папу- маму и скучают по ним? Они их избивали, морили голодом, одевали в жуткие лохмотья. Да Маугли в мультике куда лучше досмотрен волчьей стаей, чем эти детишки. У нас плохое питание? Видела, поморщился. Дома они неделями не видели даже хлеба. Видел двух девчушек - близняток? Золотые такие, с бантиками? Когда приехали их отбирать, родители валялись пьяные. А девочки - голышом на земляном полу в крайнем истощении. Еще день - два…

– Так как вы допустили?
– крикнул, представивший эту жуткую картину, Максим.

– "Родители" - горько усмехнулась женщина. "Родительские права". Пока их не лишат… Да и кому они нужны, чужие дети? Поэтому, Макс, большинство из наших деток - израненные души. Понимаешь? До нас. Да, у каждого в глазах кричит боль. Но, поверь, не от того, что мы… У меня здесь никто, не для похвальбы, никто сироту не обидит и не обворует. И так, бедные. Не нищие, конечно…

– Вы говорите, у Вас. А есть, где обворовывают, обижают?

– Инспекторскую проверку устроишь? Расправу над злом, - улыбнулась Мария Мироновна в ответ на злой блеск юношеских глаз.

– Да нет, что Вы. Но вы можете назвать детские дома, куда пока не стоит переводить… спонсорскую помощь.

– Этот наш выпускник так богат? Так передайте ему, что помогать надо всем нашим учреждениям. Все ведь не разворуют. Хоть что- то перепадет. Но… конечно… следует воздержаться пока… - и она назвала четыре адреса. И наоборот, - быстро добавила заведующая. При возможности, было бы очень неплохо помочь детишкам из шестнадцатого. Старое, почти аварийное здание. Сыро. Инвентарь не обновляется годами. Прежний заведующий разворовал все, что мог. Новая девушка - подвижница, но… - женщина развела руками.

– А сколько все- таки надо, чтобы ну…

– Для достойного содержания, - подсказала заведующая. Я было подсчитывала. Для выступления. Вот - это по самым скромным подсчетам - она протянула листок. А по максимуму - ну, нет предела совершенству. И все- таки, - она склонилась над юношей, изучавшем смету, - все- таки, поговорите с ним. Мы можем подождать. Ты же видел. Съездите с ним, со спонсором в шестнадцатый. Я туда позвоню.

Из детского дома Макс двинулся в обменник, где нисколько не удивляясь обменяли одну его пачку на десять с довеском родных. Ту же операцию он провел и во втором обменнике, после чего направился к банку - перевести все это на счет детского дома. Правда, уже заканчивая заполнение ордера, он споткнулся на сведениях о паспорте. Чертыхнувшись, выскочил из банка. К счастью для деток, прямо напротив поблескивал стеклами специализированный магазин и Макс вспомнил, как Серый добывал вино, которое тоже не продавалось малолеткам.

– Как насчет заработать?
– спросил он у наиболее интеллигентно выглядевшего из ошивавшихся в поисках хотя - бы тары, алкашей.

– А что, принести, молодой человек?
– с готовностью отозвался один из красноносых.

– Есть другое дельце. И не только на бутылку,- заинтриговал алкаша Макс.

– Да все, что угодно. Там, на стройке, или вещи переносить…

– Нет. Вы мне скажите, у Вас паспорт есть?

– Ну а как же, - обиделся собеседник. А что?

– С собой?

– Ну, вообще-то с собой не ношу, но сегодня, молодой человек, Вам повезло. С паспортом я.

"Наверное, в ментовку вызывали", - подумал Максим, но проверять свою догадку не стал.

– Мы зайдем в банк, я оформлю на Ваше имя перевод, Вы его подпишете и при мне отправите.

– И всего-то делов?
– легкомысленно воскликнул обладатель паспорта, но поняв, что так можно продешевить, нахмурился.

– Откуда мне знать. Может, краденные переводишь? А я потом сгорю. Неет, парень, не пойдет.

– Перевод в детский дом. Это будет написано в ордере. И ничего криминального. Просто за паспортом идти неохота. Ваше дело - подойти к окну, взять деньги у меня и передать в окошко с паспортом и ордером. Все. При нормальном раскладе получаете сотню.

– Тьфу!

– Баксов.

– Пошли. И не в баксах дело. Это благородно - помогать детям. Ты что - юный Деточкин? Хвалю?

– За каждое лишнее слово буду отнимать от гонорара бакс.

– Могила.

Следует отдать должное - в неизвестном алкаше (по паспорту - Зеленый Владимир Николаевич) когда- то умер артист. Правда, прочитав сумму в ордере, он присвистнул и укоризненно покачал головой - мол, зажал, пацан. Затем он действовал безупречно. Преисполненный чувствами исполняемого гражданского долга и врожденной скромности, Владимир Николаевич протянул в окошко ордер и паспорт. На взгляд вытаращенных глаз молоденькой кассирши, он утвердительно покивал головой.

– Оформляйте, девушка, оформляйте. А ты, сынок (это уже Максу) не задерживай, передавай денежку.

Когда же кассирша с уже другим, лучистым от уважения к такому человеку взглядом протянула великодушному дарителю паспорт и квитанцию, он добавил:

– Последнее ради сирот надо отдавать. Вот, мне и так хватит - кивнул он на свою потрепанную рубаху и джинсы. И тебе, сынок, хватит форсить, когда детки плачут - кивнул он теперь на прикид Макса.

– Да, папа, - нашелся подросток.
– Сбудем и это и придем еще раз.